(Не) Сокровище капитана

Мужчины вообще предпочитают точные и понятные вещи.

Я заглянула в корзинку. Вытащила книгу. «О полном устройстве сосуда для души» — и тоже издана в новом свете под патронажем все той же сестры Епифании.

Нет. Не может быть.

Блад вынул книгу у меня из рук, пролистал.

— Как выглядел тот корабельный хирург? — спросила я. — Молодой? Старый?

— Мальчишка безусый, но в королевском флоте всегда не хватало людей и… — Он осекся на полуслове, переводя взгляд с книги на меня. — Не может быть[1]! Я бы понял!

Он развернулся спиной ко мне, вцепившись руками в волосы.

— Я бы никогда не обошелся так с девушкой, безотносительно ее знаний! Где были мои глаза!

— Может быть, вернемся? — осторожно предложила я.

Капитан сумел овладеть собой. Криво улыбнулся.

— Это не чистое поле, где можно вернуться по собственным следам. Это океан. Ветра. Течения. Даже если я припомню координаты — а я их не припомню, потому что не замерял перед боем — искать те шлюпки все равно, что иголку в стоге сена.

Он всунул мне в руки и вторую книгу.

— Держи. Пусть будет у тебя. Я сбыл бы их с рук, не читая. — Он глянул в окно. — Пойду все же приведу себя в порядок. Не присоединитесь ли вы к нам за ужином, леди Белла?

— К вам и?..

— Ко мне и к моему квартирмейстеру лорду Джеймсу Коннору.

Это имя было мне незнакомо. Хотя нет, Блад упоминал его, вразумляя корабельного хирурга. Впрочем, какая разница? Все равно придется соглашаться — живот уже давал о себе знать, не сидеть же голодной непонятно ради чего.

— С удовольствием, капитан.

Блад вернулся через несколько минут, уже одетый как подобает, разве что волосы, теперь стянутые на затылке, оставались влажными. Ничто в его виде не напоминало о недавнем ранении — здоровый цвет лица, уверенные и точные движения.. Выглянув за дверь, капитан отдал несколько приказаний. Появившийся человек больше походил на слугу в хорошем доме, чем на пирата. Сноровисто и быстро он покрыл стол скатертью — не удержавшись, я пощупала край — накрахмаленной скатертью! Следом на столе оказались приборы и салфетки, а поданный ужин из трех перемен сделал бы честь любому хорошему дому.

Не знаю, предупредил ли капитан своего квартирмейстера или у них в самом деле было так заведено, но я едва узнала того человека, которого Блад назвал Джеймсом — как, кажется, давно это было, а ведь и дня не прошло! Вместо простолюдина в просторной рубахе явился безупречно одетый джентльмен средних лет, и даже загар не мешал впечатлению — можно было представить, что дни он проводит на охоте, вот и испортил цвет лица.

— Улыбка четырехсот вестников господних не сравнится с вашей, леди Белла, — проговорил он, склоняясь к моей руке.