(не) Измена. Ребенок от бывшего мужа

Дочка почти бежит вперед и у меня сердце сжимается, потому что я знаю причину ее радости.

- Давай, быстлее! Папа сказал, что сегодня забелет нас к себе…

66

Мы садимся в автомобиль. Проверяю кресло дочери, затем сажусь за руль и еду домой. С Мишей у нас договоренность, что в эту пятницу он заберет дочку к себе, а я…

Мне тяжко ее отпускать. Мы быстро доедаем до дома и поднимаемся на этаж, мама сегодня припозднится, работает, папа так же на смене, а я собираю рюкзачок Машеньки.

Он в принципе собран, но моя Масяня накидала туда все, что захотела и благополучно забыла, а я беру все самое необходимо, потому что Михаил обустроил дом всем, что нужно дочке.

И у меня сердце скрипит. Я бы хотела закрыть перед ним дверь, отказать во встречах с дочерью, чтобы отомстить за свою боль, за обиду, но… когда вижу какими глазами дочка смотрит на отца, и как Миша отвечает ей, я понимаю, что… не смогу с ним так.

Откладываю рюкзак и ставлю кастрюльку с борщом греться. Она, как и Миша его обожает. Пока Масечка смотрит мультики, я себе места не нахожу, хожу босиком в колготках, затем снимаю деловой костюм и одеваю домашнее платье…

Отпускаю волосы из прически…

На мгновение засматриваюсь на себя в зеркале. После той нашей с Михаилом ночи я словно изменилась… Не знаю, что было тогда, но после… я стала другой… Чисто физически. Не знаю, черты смягчились, стали более женственными, глаза другие…

Возможно, всему виной та химия, которая до сих пор осталась между мной и бывшим мужем. Отряхиваюсь от мыслей и начинаю кормить Масечку, несколько ложек, потом позволяю, чтобы она сама доедала.

Звонок в дверь заставляет меня напрячься, а Масю поскакать к дверям с радостным криком:

-Папочка!

Распахиваю дверь и застываю под внимательным ледяным взглядом Михаила. Великолепный, как всегда, одет с иголочки, модельная стрижка, волосы зачесаны назад.

Маша выскакивает вперед и обнимает отца с силой, Миша опускает широкую ладонь и проводит по волосам дочки.

- Готова? – спрашивает у Масечки и моя егоза весело кивает.

- Она доедает ужин, - отвечаю спокойно, и Михаил поднимает на меня взгляд.

- Тогда я войду, подожду, пока закончит, - вопросительный взгляд на меня, словно дозволение спрашивает и я отхожу от двери, чтобы позволить Мише войти.

Зачем я это делаю?!

Зачем позволяю Михаилу войти, зачем… зачем?!

Мысленно задаю вопросы, а Миша проходит в дом, Мася бежит к своему столику и садится, начинает работать усиленно ложкой.

- Мася, не торопись, подавишься, - одергиваю дочку, и Михаил добавляет:

- Машенька, ты не торопись, если можно я бы выпил кофе… С утра ни крошки во рту не было…

Отвечает Миша и подмигивает мне, явно дает понять, что шутит, а я вот на лицо его смотрю, на глаза усталые и понимаю, что Михаил не шутит. Он редкостный трудоголик.