Не ищи оправданий

— Когда развлекаешься, время проходит быстро, — сказала она Руперту.

— Тебе за это заплатили? — спросил он резко, не слушая ее.

— Не будь смешным, — бросила она сердито и почувствовала, как ее охватывает гнев. — Меня узнали в толпе и попросили спеть.

— Ну еще бы! Ведь ты — Виктория Кэнан! — Руперт был вне себя от ярости — она появилась на сцене, не проконсультировавшись с ним.

Виктория Кэнан могла запросить за свое выступление несколько тысяч фунтов, она зарабатывала миллионы только на записях своих песен.

Она вспомнила довольную улыбку Терри, когда они после концерта что-то пили в баре, как к ним потом присоединились его друзья байкеры, и невольно улыбнулась:

— Здесь на острове я всего лишь Тори Бьюкенен.

— Оно и видно, — саркастически заметил Руперт. — В каждой газете обсуждаются твои «мягкие летящие волосы», отсутствие макияжа и «неужели это ее новый имидж»!

Ага! Вот теперь мы подходим к сути дела.

Две недели назад она решила уехать из Лондона по двум причинам: во-первых, ей нужен был отдых, а во-вторых, она смертельно устала от искусственного, грубого и бесшабашного образа Виктории Кэнан. И Руперт прекрасно это знал.

— Это не новый имидж, Руперт, — мягко ответила она, — это я живая.

Перед отъездом она заявила Руперту, что хочет изменить имидж. А также и репертуар! Нечего и говорить, что Руперт был крайне возмущен, и Тори знала, почему.

Шесть лет назад, неопытной и робкой девочкой, она побывала в нескольких музыкальных агентствах в поисках менеджера для себя. Руперт тогда только что окончил Оксфорд и еще не имел опыта в этом деле, но решил рискнуть.

Оглядываясь назад, она понимала, что терять ему было нечего. В случае успеха он разделил бы ее славу, а если бы она потерпела неудачу, то и в этом случае он ничего не терял.

Она одержала победу, после первых же концертов быстро стала популярной. Руперт вывел ее на рынок звезд. Теперь он понимал, что изменение образа и репертуара повлечет за собой...

— А кто был тот человек, Тори? — неожиданно спросил Руперт, прерывая ее размышления.

— Человек? — повторила она. — Какой человек?

— «Мисс Кэнан прибыла на концерт с высоким, загорелым таинственным незнакомцем», — процитировал Руперт. — Кто это был, Тори? — повторил он с нажимом.

Она сжала трубку — значит, кто-то заметил, что в тот вечер она явилась в сопровождении Джонатана?

— Что еще за друг? В каком роде? — тут же спросил Руперт.

В свое время Тори совершила большую ошибку, увлекшись Рупертом, и теперь расплачивалась за свою слабость тем, что Руперт перестал считать их союз сугубо деловым.

— Очевидно, в мужском, — раздраженно ответила она.

— Да, очевидно, — саркастически повторил Руперт. — Значит, у вас роман, Тори...

— Никакого романа нет, — огрызнулась она, — я же говорю — он друг, и не более.