Не хочешь по-хорошему?

Попробуешь ко мне приблизиться, заявлю о домогательствах, — и короткие гудки подводят черту нашим «мирным» переговорам.

Похоже, наша мама львица всерьез опасается за детеныша и действует всеми доступными ей способами.

И следующий шаг за мной.

И пускай только попробует упрекнуть меня в агрессивности. Ведь в этот раз на тропу войны первой вышла она.

41

Вереница гостей льется нестерпимым потоком, и мое лицо наверно скоро треснет от этой слащавой приветственной улыбки. Игорь жмет руки мужчинам и кивает женщинам, а я как попугай приветствую всех, желая приятно провести время.

А хочется сдохнуть.

Иногда меня накрывает ощущение, что я не в том месте не в то время, и вот сейчас оно особенно острое поэтому я постоянно переступаю с ноги на ногу и тереблю подол длинного льдисто-голубого платья в пол. В этот раз Полина превзошла саму себя, этот наряд получился даже лучше чем в каталоге, откуда мы его высмотрели. Жесткий корсет поддерживает грудь и утягивает и без того тонкую талию, юбка в пол водопадом спускается по ногам, эротично оголяя их до грани приличия, босоножки с телесными ремешками делают ноги бесконечными, по крайней мере так и сказала моя горе-подруга. Но ее слова нисколько не успокаивают.

Я все равно нервно закусываю губу, и сердце каждый раз замирает, стоит новой машине появиться на подъездной дорожке.

А если он приедет?

Отгоняю прочь пугающие мысли, но этот предательский тремор никак не отпускает. Бесит!

Очередная супружеская пара преклонных лет подходит к нам с намереньем поздороваться, и Игорь на секунду убирает руку с моей талии, чтобы поприветствовать гостя, а у меня все внутри обрывается, когда замечаю сквозь открытую швейцаром дверь блеснувший серебром бок знакомого спортивного автомобиля.

Черт!

— Ангелина, познакомься с Иваном Геннадьевичем, — Игорь едва уловимо хмурится, замечая мой ступор, и я тут же улыбаюсь натягивая на лицо фальшивые эмоции.

— Добрый вечер, рада, что вы пришли, — слегка нервно звучит, особенно потому что я замечаю, как открывается водительская дверь и перед глазами мелькает огромная фигура в черном фраке. — Игорь столько о вас рассказывал…

Не уверена, что моя ложь остается незамеченной, но мужчина явно рдеет от удовольствия, и Ольховский на глазах расцветает.

Нервная дрожь с каждой секундой усиливается, и я сжимаю руку на локте Игоря и шепотом заговариваю.

— Мне нужно в дамскую комнату…

Тот кивает в ответ, и я, в последний раз улыбнувшись пожилой паре, торопливо шагаю в сторону туалетов, краем глаза замечая, что Хасанов уже поднимается по ступеням.

Не сулящий ничего хорошего взгляд неспешно проходится по залу, и мне кажется, что Арман меня замечает.