Не хочешь по-хорошему?

Так, надо еще очки у теть Тани попросить, образ завершить.

Боже, ну и пугало!

17

Жора предупредил, что Ангелину он забрал и везет ко мне.

Сколько времени она тут не была? Семь, восемь лет? Кажется так. И сколько воды утекло за это время.

Но одно остается неизменным — я все еще как сопливый щенок жду этой встречи.

Поправляю воротничок рубашки и надеваю на руку снятые перед душем часы. Не могу унять это гребаное нетерпение, которое с самого обеда не дает нормально работать.

Интересно, что эта строптивая кошечка выкинет в этот раз?

Ответ я получаю спустя десять минут, когда слышу голоса, доносящиеся из холла.

Выхожу из комнаты и шагаю по коридору к лестнице, но в последний момент спотыкаюсь тупо от увиденного, и не могу сдержать рвущийся наружу ржач.

Две головы поворачиваются в мою сторону, Жора профессионально сдерживает улыбку на лице, а пухлые губки Ангела поджаты и это красноречивее любых слов говорит о том, что она тоже едва держится.

— Ангелина Викторовна, рад видеть, — киваю спускаясь по лестнице. Мне наконец удается взять себя в руки и не смеяться так громко, но надолго ли? — Спасибо, ты свободен. Я сам отвезу ее домой.

Обращаюсь к водителю и тот послушно удаляется, и как только дверь за ним закрывается, перевожу взгляд на Ангела.

Огромная безразмерная блузка и такая же юбка создают нечто занудное и скучное, не могу отделаться от ощущения, что я забыл сдать книгу в библиотеку и сейчас меня выпорют при всем классе.

— Иди верни очки той старушке, у которой их отработала.

— Это мои, — упрямо поджимает губы без грамма помады, и я снова улыбаюсь.

— А блузка тоже твоя? — цепляю ткань над грудью, но тут же получаю ощутимый шлепок по пальцам. — Размерчик не тот.

— Прекрати, — не успевает шлепнуть меня по руке снова, вынимаю заколку из ее волос и пряди каскадом рассыпаются по хрупким плечам, утопающим в бесформенной блузке. — Ты что вообще делаешь? Где твоя дочь?

— Дочь? — непонятливо хмурюсь. — Ааааа, дочь… Идем.

Ну не могу же я долго поддерживать этот фарс, скоро она все поймет и закатит истерику.

Шагаю к лестнице на второй этаж, и Ангелина терпеливо поднимается следом. Как она не падает в этой юбке ниже колен не представляю, хотя ее попытка что-то мне доказать очень милая, и улыбка все еще не сходит с моего лица.

— Как ее зовут? — вот что реально не вяжется с ее образом старой девы библиотекарши — это ее голос. Он по-прежнему мелодичный и красивый. И едва уловимый аромат шампуня дразнит нервы, напоминая что рядом со мной сейчас все тот же строптивый Ангел.

— Кого?

— Арман! — Лина останавливается в метре от двери и недоверчиво косится на ту. А потом вдруг отталкивает улыбающегося меня и входит в комнату, замирая у порога.