Никому о нас не говори (СИ)

Бросив это через плечо Петровой, я не собираюсь ждать её ответа. Быстро прикладываю пропуск к турникету, толкаю его и выскакиваю на улицу. Меня ждёт маршрутка на автовокзале.

***

По дороге в Богудонию я решаю написать Тимуру. Достав телефон, открываю наш чат. Горин последний раз был в сети ночью. Странно, уже близится вечер, а он так и не побывал онлайн.

«Привет. Я еду к тебе…»

Палец замирает над экраном, и я задумчиво прикусываю губу. А не звучит ли это как-то… пошло? Стираю сообщение. Печатаю новое.

«Привет. Скоро привезу твою кофту. Надеюсь, ты не замёрз ночью?»— и ставлю улыбающийся смайлик.

Большой палец снова стопорится над буквами. Не то. Какой, к чёрту, смайлик и вопрос, замерз ли Горин ночью?

Снова стираю всё подчистую. Растерянно смотрю на пустой экран. Почему слова никак не хотят складываться в нормальное сообщение? Какое-то время я даже задумчиво пялюсь в окно маршрутки, смотря на проскакивающие мимо встречные автомобили на трассе.

И почти всю дорогу до Таганрога я то стираю, то набираю заново буквы. Всё не то и всё не так. Понимаю, что это какие-то глупые и бессмысленные муки, но только на подъезде к городу я наконец решаюсь отправить Тимуру сообщение:

«Привет. Я еду возвращать твою кофту».

Даже дыхание прерывается, когда вижу на экране отправленное сообщение. Застыв на сиденье и стиснув телефон в пальцах, жду подписи «онлайн» под именем «Тимур Горин».

Но на мой месседж ответа нет. Он всё ещё не прочитан, а я уже успела добраться до Богудонии. Иду по знакомым улочкам, продолжая заглядывать в чат с Гориным, который всё так же не в сети.

Я даже покупаю пачку печенья в ближайшем магазине. Её я обещала ещё в прошлый раз, но благополучно забыла, как и сам Тимур, видимо, забыл про свой телефон. Может, он спит? Что ещё делать в таком тихом и уединённом месте?

И я зачем-то представляю, что сейчас Тимур давит лицом диван, сложив губы бантиком и подложив ладони под щёку. Это ересь несусветная, но от этой мысли я глупо хмыкаю себе под нос. А почему нет? Вчера этот бритоголовый боксёр уплетал котлеты так, что за ушами трещало. Вполне возможно, что трезвый и сытый Тимур спит именно так: надув губы и с ладошками под щёчкой.

Но моя улыбка стекает с лица, как только я дохожу до места, где Горин оставил свою машину. Под корявыми ветками дерева в конце улицы пусто. Чёрная иномарка исчезла, хотя вчера она точно стояла здесь.

Несколько секунд я просто ошарашенно не свожу взгляда с пустого места под деревом.

А если машину угнали, и Тимур сейчас всё ещё спит?

К калитке нашего участка я несусь со всех ног. Пару раз едва не лечу кубарем по спуску. Как только за моей спиной хлопает калитка, я не выдерживаю:

— Тимур! — выкрикиваю на весь двор, когда бегу по кривым дорожкам сада.