(не) его ребёнок

Они начинают лишь сгущаться внутри меня, словно упаковываются и прячутся там в самые дальние уголки, чтобы вылезти потом в самый неподходящий момент. Они теперь – неотъемлемая часть меня. И с этим я должна жить дальше. Рядом со Стасом немного легче. Он так трепетно, тепло, с любовью заботится обо мне, что я чувствую его крепкое мужское плечо и спину, за которую могла бы спрятаться.

Могла бы, но не спрячусь.  Не сейчас.

Я блуждаю взглядом по его лицу.

Стас красив такой мужской мужественной красотой, которая выдаёт в нём альфа – самца и лидера. Несмотря на это, он прислушивается ко мне, верит моему чутью. Это импонирует мне. Между нами  сложились доверительные тёплые нежные отношения.

Об этом можно было только мечтать!

Но я не могу сполна насладиться нашей любовью, потому что какие – то  жестокие злые люди из – за своих низменных побуждений: зависти, мести, денег, решили омрачить нашу жизнь...

Перелёт занимает два часа времени. Я сижу в кресле самолёта, откинувшись на его спинку, и уже в сотый раз прокручиваю в своей голове возможные варианты развития событий. И в сотый раз наталкиваюсь на стену непредсказуемости поведения не очень здоровых людей.

А может, вполне здоровых? Только очень жестоких, возомнивших себя небожителями, которым дозволено всё.

Боже! Какой бред лезет в голову! Надо переключиться на что – то другое. Иначе мои попытки – мыслить как преступник, могут плохо закончиться.

Тётя Авроры – Галина Константиновна Полетаева оказалась высокой статной женщиной с точно такими же медово – карими глазами, как  у Авроры. Её удивлённый взгляд скользит по непрошеным гостям, и она явно раздумывает, стоит ли пускать нас в дом.

Принимая во внимание, что  тётка – сестра отца Авроры, у того, скорее всего, точно такие же глаза, - машинально отмечаю я про себя.

Стас не стал ждать, пока хозяйка дома примет решение, а тупо сунул ей в руки зелёные купюры. Галина Константиновна тут же радушно улыбнулась и впустила нас в дом. Но едва услышав от Стаса причину нашего визита, радушие её вмиг улетучилось.

- Ничего не хочу слышать про эту неблагодарную су…! Я её растила,  холила, лелеяла. А она не только лишила меня любимого супруга, но и родной дочери! – истерично кричит женщина.

Сердце моё пропускает  удар.  Затем начинает бешено колотиться.

Глава 69

- Эта дрянь заявилась ко мне в дом через шесть лет, когда мы уже считали, что она где – то сгинула, - глухо продолжала говорить тётя Авроры. - Антонина обвинила меня в том, что я знала об издевательствах и приставаниях моего супруга к ней, и прикрывала его. Но я ничего не знала!  Да он действительно пару раз наказал её жёстко. Но она сама была виновата, вывела его из себя, – заверяла хозяйка дома. – Тоня была неуправляемым ребёнком. Дерзким непокорным упрямым.