Не единственная

Конечно не могу, но другого выхода нет.

– Известно, когда вернется лаэрд?

– Кухарка сказала, что к полуночи должен вернуться. Он приказал оставить еду для него.

– Отлично. Приготовь ванну. И мою лучшую ночную сорочку.

Время бесплодных страдашек прошло. Пора выполнять договор.

Глава 7

Я засыпаю в два часа ночи, не дождавшись возвращения Дариона. Сон тревожный, поверхностный и слетает от малейшего шороха.

Меня что-то будит. Открываю глаза. Чувствую, как в груди тревожно бьется сердце.

Комната погружена во мрак, только на прикроватной тумбочке слабо теплится голубой кристалл.

Прислушиваюсь к тишине.

Слышу шорохи, чьи-то шаги. С улицы доносятся голоса.

Дарион? Он вернулся?

Поднимаюсь, иду к окну. Встаю так, чтобы меня не увидели с улицы. Горло сжимается, когда смотрю вниз.

Да. Он там. Стоит возле колодца. А рядом – женская фигура. Из-за темноты не видно, кто именно с ним, но я понимаю, что это кто-то из служанок.

Вот Дарион снимает с себя рубашку, стаскивает ее через голову. И надо же, чтобы именно в этот момент из-за туч вышла луна. Она озаряет сильное крепкое тело, покрытое росчерком шрамов. Бледно-зеленые чешуйки поблескивают, как драгоценные камни.

Он наклоняется, служанка поднимает ведро и льет воду ему на затылок и спину. Дарион отфыркивается, трясет головой. Его темные волосы разлетаются, на спине перекатываются рельефные мышцы.

Низ живота наполняется забытым теплом. Я слишком долго была одна, слишком долго запрещала себе смотреть по сторонам. А мужчина передо мной обладает какой-то странной, нечеловеческой притягательностью.

И это пугает меня.

Я на миг прикрываю глаза, чтобы избавиться от наваждения. Напоминаю себе: это просто задание. Сделаю то, что должна – и уйду. Он ведь даже не человек. Он дарг. А дарги не умеют ни любить, ни сочувствовать.

Дарион о чем-то переговаривается со служанкой. Я слышу их голоса, но не могу понять слов. Она смеется. Кладет руку ему на затылок и ведет вдоль позвоночника до самых бедер, перехваченных широким ремнем.

Мне становится не по себе. Возникает неприятное колючее чувство.

Отступаю вглубь комнаты.

Эта служанка его… любовница? Иначе почему он позволяет ей так фамильярно обращаться с собой?

Голоса внизу затихают. Шаги удаляются. Я возвращаюсь в кровать.

Кусая губы, смотрю на светильник-кристалл.

Спустя десять минут слышу шаги за стеной. Дарион поднялся в спальню. Интересно, один?

Меня колотит мелкая дрожь, когда я поднимаюсь. Выкручиваю кристалл из серебряной чаши-подставки. На цыпочках крадусь к смежной стене, прикладываю к ней чашу дном вверх и прижимаюсь ухом.

Спрашивается, что я творю?! Подслушиваю, что происходит в спальне у чужого мужчины!"

"А он там, кажется, не один. Я очень четко слышу тихие голоса, и один из них – женский.