Не чужие

Давид поиграл с соском, а потом удобней перехватил грудь, умещая ее в своей ладони. А я в который раз вспомнила о своем маленьком размере и вспыхнула от стыда.

— Спи. — Он легко поцеловал меня в висок.

Время будто замерло. Я боялась пошевелиться. Давид же через несколько минут начал дышать равномерно, а сердце под моей ладонью стало биться медленней. Он уснул. Так просто и быстро. А мне что до утра делать? Переполненная целым спектром эмоций, рядом с жарким мужским телом я не могу расслабиться. Правда, через какое-то время все же проваливаюсь в сон.

Я просыпаюсь оттого, что мне жарко. Еще не до конца вернувшись в реальность из мира сновидений, я чувствую, как Давид поглаживает мое бедро, как прижимается сзади ко мне своей эрекцией. Его рука скользит под резинку моих трусиков, проникает внутрь. Он раздвигает пальцами мои складочки, и я начинаю дрожать. Он громко дышит мне на ухо. Я знаю, что всех мужчин утром посещает дикое желание, но мне все равно хочется думать, что это именно из-за меня он сейчас на взводе.

На улице только начинает светать, и это хорошо. Леонов не сможет увидеть выражение моего лица, так как в комнате царит темнота. Я могу и дальше притворяться спящей.

Один его палец проникает внутрь, и я с трудом сдерживаю себя от того, чтобы не застонать. Он дразнит меня, массирует клитор, а я из всех сил стараюсь не выдать себя.

— Я знаю, что ты уже не спишь. Слишком часто бьется твое сердце, — шепчет мне на ухо он, и у меня мурашки по коже бегут от этого.

В полной тишине он заставляет меня лечь на спину, раздвигает мои ноги. Сам же лежит рядом на боку и дразнит меня своими пальцами. Я бесстыже мокрая. Ерзаю на простынях, прикусив губу. Толкаюсь навстречу ему, жадно ловлю губами легкие поцелуи.

— Хочу тебя, пожалуйста, Давид, — хнычу я, с силой впиваясь пальцами в кисть его руки.

— Сейчас, — хрипит он и рывком стягивает вниз боксеры. — Подожди. — Давид отстраняется от меня, в темноте я слышу, как открылся ящик прикроватной тумбочки, а потом зашуршала фольга.

Я привыкаю к темноте, и мои глаза вылавливают силуэт мужчины. Он ловкими движениями раскатывает на члене латекс. Я знаю, что «защита» — это благоразумно, но мне так хотелось снова чувствовать его без преград. Кожа к коже. Только так.

Давид осторожно расположился между моих ног, влажным пальцем скользнул по моим губам, давая попробовать, какая я на вкус. Это неправильно. Грязно. Пошло. Но в его исполнении мне нравилось все.

У меня перехватило дыхание, когда он потерся головкой члена о мой клитор. С губ сорвался стон, когда он направил в меня свой член и легко подался вперед. Вошел совсем немного, остановился, прижимаясь своими губами к моим. А потом заполнил меня до отказа одним резким движением, ловя ртом мой крик, полный удовольствия.