Не бывшая жена миллионера

– Что ты в нём нашла, мышка?

Я не могу произнести ни слова, что в принципе, для меня несвойственно. Просто смотрю в эти кофейные глаза и тону. Ощущаю холод, сквозящий между нами.

Хочется обхватить себя руками и согреться. Отстраниться от этого странного мужчины, который играет мной как пешкой. То бросает под танки, то делает королевой.

– Он молод, да? На десять лет меня младше…

На лице Никиты появляется кривая улыбка. Перекашивает породистое лицо как после инсульта. Пугает своей ненатуральностью.

– Может у него и стоит лучше и дольше, и агрегат больше?

Вопрошает, касаясь пальцами моего лица. Смотрит, не отрываясь. Только его взгляд – тяжёлый, решительный, а мой – растерянный. Кажется, я совсем не понимаю, о чём он говорит. Трясусь мелкой дрожью от его хриплого шёпота.

Он что, ревнует?

– Ответь!

Хватает меня за плечи, встряхивая как куклу. Его глаза изрыгают огонь. Пожирают меня со всеми внутренностями, обдирая плоть до костей.

Я отшатываюсь. Прижимаюсь к прохладной стене спиной. Осознаю, что бежать некуда.

Не знаю, что произошло в библиотеке между Артуром и Никитой, но последний просто уверен в моей неверности. Хочет растерзать меня за непослушание.

– Да, он лучше!

Вздёргиваю подбородок вверх. Встречаюсь с решительным взглядом не бывшего мужа, поражаясь самой себе.

– Всем! И размером, и мощью!

Осекаюсь, не зная, о чём говорить дальше. Вряд ли эротическое описание полового мужского органа, которое я видела недавно в какой-то книге, сможет зацепить Антонова за живое.

Мне бы извиниться, рассказать ему об этом нелепом недоразумении с влюблённой парочкой и посмеяться над ситуацией, но я молчу. Молчу, продолжая сверлить бывшего опасным взглядом. Упрямо поднимаю подбородок выше.

– Он лучше тебя, Антонов. Во всём.

Бабушка любила повторять, что нельзя будить в мужчине дикого зверя. Что из пушистого кота можно будет верёвки вить, а вот с тигром справится труднее. Но я никогда не слушала. Не внимала её словам."

"И только сейчас понимаю, как она была права.

Своей дерзостью я всколыхнула в Антонове что-то необузданное. Дикое и первобытное. Заставила его зрачки всколыхнуться адским пламенем.

– Он лучше тебя, Антонов. Во всём.

Медленно повторяю, представляя перед глазами статную фигуру Артура. Пытаюсь изобразить на лице сладострастное выражение лица.

Муж подходит практически вплотную. Впечатывает меня в стену своим накачанным прессом. Яростно дышит так, что кипенно-белая рубашка вот-вот треснет по швам на мощной груди. Прищуривается.

– Ты стала другой, я не ошибся… Стервой. Наглой и дерзкой.

Медлит, сглатывая слюну.

– А ещё стала шлюхой. Продажной тварью, готовой вертеться на любом мужике.

Фраза бьёт наотмашь. Оставляет ожог на лице, заставляя щёки вспыхнуть румянцем.