Не брак, а так

Но как приятно было наблюдать перекошенную морду Бурого! Герман радовался, что Алиса сейчас спит и не видит его довольного лица. Да, Игнат, ты опять проиграл. Как и десять лет назад с Яной. Потому что я лучше тебя, смирись с этим, самородок! Может, в бизнесе и ты и круче пока, но в любви… это моя игра, придурок!

Дух соперничества с Сабуровым никуда не ушел из Германа.

Когда на следующий день пришла новость, что Климов отбросил коньки, Герман еле удержался от радостного возгласа. У него не было такого шокового состояния как у Алисы и тем более он не разрыдался. А ей можно, он ее отец как никак. Хотя тот еще урод! Герман никогда не простит тестю, что чуть не отправился на тот свет. Повезло ему, что сдох! И Герману тоже повезло, потому что как разруливать эту ситуацию он не очень понимал. А она разрешилась сама собой.

У него хватило ума оставить свои мысли и эмоции при себе, Алиса и так была на грани. Конечно, одну он ее никуда бы не пустил. Ожидать, что она пропустит похороны отца, не приходилось.

Дорога оказалась сложная, нервная. Герман пока не чувствовал в себе сил и желания оставаться в родном городе. Конечно, реабилитацию он мог подобрать себе и там, но домой его, мягко говоря, не тянуло. Ему было комфортно в их с Алисой уютном мирке, где их никто не знает, не лезет, не напоминает о прошлом. Жене он пока о своих планах не говорил, рано еще было, но у него уже складывалось представление об их будущей жизни и многим людям в ней не было место.

Но жизнь, как обычно, посмеялась над его планами.

Он понял это еще на похоронах, по взглядам, которые на них бросали родственники, по тому, как на Алису смотрела мать, как теща цеплялась за свою дочь. Как за спасательный круг. А ведь только тогда Герман подумал о том, что смерть Климова серьезно повлияет на расклад в их семьях. И главное, на те договоренности, которые были между родителями. Наверняка, не только между ними. Всего Герману никогда не рассказывали. Но теперь придется выяснять. В первую очередь, чтобы оградить себя и Алису. Капиталы отца, как и будущее их семейного бизнеса его уже мало интересовало. Герман для себя уже все решил, но ему нужно было время. Вот только его ему не дали.

Первым ударом стал отъезд Алисы. Он готов был нанять для ее матери хоть сотню помощников, лишь бы его девочка оставалась с ним. Но стоило было только раз взглянуть в ее глаза, как Герман сдался. Не такая уж он эгоистичная скотина, чтобы ничего не понимать.

Они договорились, что максимум через два дня Алиса вернется к нему. Никто из московской служебной квартиры тещу не гнал, скорее она не хотела оставаться одна."

"Мать активно настаивала на том, чтобы первую ночь без жены Герман провел в родительском доме, но он даже слушать не хотел. И его вроде бы оставили в покое.