Не брак, а так

Да и возможно ли это? Сама Алиса уже выплакала все слезы еще сразу после операции, которая прошла не очень удачно, хотя врачи по их словам сделали все, что могли."

"— Он… не сможет даже сам в туалет сходить! Мой мальчик! Такой красивый, такой…, — свекровь снова всхлипнула.

“Это если он выйдет из комы”, — мрачно добавила про себя Алиса, но вслух, конечно, не сказала.

В клинике Герман был уже вторую неделю, но его состояние не улучшилось. Собственно, и в кому его ввели, потому что только так можно было сохранить ему жизнь.

— Ну какая это будет жизнь, Алиса?! Бедный мой мальчик! За что?

Алиса молча погладила несчастную женщину по руке.

Папа сдержал свое слово — тех, кто напал на Германа нашли. Перевернули вверх ногами всю область, но нашли. Алиса их даже опознала. Сейчас оба в сизо, но особой радости от этого ни родители Германа, ни Алиса не испытали. Эти два ублюдка будут жить, получат срок, потом выйдут на свободу… а Герман…

Герман мог уже выйти из больницы, если бы не она! Алиса никому этого не говорила, да ее никто и не обвинял, но характер внутренних повреждений у Литвинова не угрожал жизни. Это уже через пару дней после операции выяснилось, когда Аркадий Леонидович насел на врачей. У Германа был сломан нос, этим и объяснялось залитое кровью лицо. Фатальным оказался удар головой об отбойник. Но этого бы не произошло, если бы Герман не набросился на этих ублюдков, пытаясь ее защитить! Если бы Алиса не выбежала из машины, если бы не полезла…

Конечно, они могли ногами забить Германа до смерти, не отвлеки она их. Но этого Алиса точно не знала. Она знала, что защищая ее, Герман лишился нормальной жизни. Врачи даже не кормили их ложными надеждами, шансов на то, что Герман выживет и вернется к обычной жизни были ничтожно малы. Да по сути их не было.

— В самом страшном сне я не могла представить, что со мной может такое случиться, — донесся до Алисы дрожащий голос свекрови. — Он никогда не станет прежним, я думаю, Герман бы сам не хотел так жить…

— Ч…что? — она была уверена, что не поняла Софью Андреевну. — Вы…

Громкие крики в конце коридора отвлекли и Алису, и мать Германа. Они обе уставились на дверь, которая с силой распахнулась и перед глазами появилась… Яна Ольховская, а за ней худощавая медсестра и пожилой охранник.

— Я сказала, я увижу его! Я его настоящая жена! Ясно вам? Я!

Яна с силой оттолкнула от себя девушку в белом халате, она едва не упала на охранника. А потом, увидев Алису и несостоявшуюся свекровь, замерла на месте. Это была ее ошибка. За спиной появилось еще несколько мужчин, с ними у Яны шансов не оказалось. Ее банально скрутили.

— Пустите! Пустите меня к нему! — рычала Ольховская. — Я люблю его! Люблю!

— Вот же тварь! — зло выплюнула свекровь. — И сюда прорвалась! Телефон мне оборвала.