Без любви не считается

Брови удивленно ползут вверх, и я с улыбкой смотрю на брата:

– Это оно.

– Правда?! – воодушевленно спрашивает Дима. – Значит, полдела сделано. Теперь подберем к ним «лук», зайдем в салон, если хочешь, поужинаем и…

– Ты еще не устал?

– С чего бы?

Качаю головой, усмехаясь, и внимательно разглядываю брата. Светлый, лучистый, как солнышко. Энергия бьет через край, дарит тепло и уютное спокойствие.

– Знаешь, старшенький, – говорю вкрадчиво, – твоей девушке очень повезет.

– Потому что я могу ходить по магазинам весь день?

– Нет.

– Потому что я красив как бог? – играет бровями Дима и сгибает руки в локтях, принимая эффектную позу культуриста.

Звонко смеюсь, наблюдая за потугами брата, и вдруг понимаю, что Соня его не заслуживает. Она любит Марка, и ее чувства могут жить еще очень долго. И даже если Соня и Дима начнут встречаться, в их отношениях всегда будет третий лишний. Дима достоин большего, а Соня… ей пора умерить эгоизм, прикрываемый несчастной судьбой и воспоминаниями о первой любви. Слова жгут язык, но я себя сдерживаю. Непрошеные советы хуже подзатыльников, никакой пользы, только раздражение.

– У меня есть идея! – вскрикиваю я. – Давай я подберу тебе образ для сегодняшнего вечера.

– Ди, у меня полно шмоток. Шкаф ломится.

– Он ломится от джинсов и футболок.

– И что в этом плохого?

– Ничего, – пожимаю плечами. – Если тебе двадцать.

– Хочешь нарядить меня, как старпера? – недовольно бормочет Дима.

– Как мужика, от которого девки головы теряют.

– Оу! Тогда я согласен, но только если…

– Можешь тоже меня нарядить. С одним условием.

– Слушаю, – деловито отвечает он.

Указываю пальцем на витрину магазина женского белья и растягиваю губы в улыбке:

– Этот корсет должно быть видно.

В начале десятого вечера мы с Димой возвращаемся домой. Расслабленные и счастливые после салонных процедур и легкого ужина в кафе на набережной. Брат перехватывает пакеты с обновками и смотрит в зеркало, висящее на стене рядом с комодом для обуви. Все никак не налюбуется новой стрижкой.

– Я носил челку пять лет. – Он поправляет короткие, уложенные гелем пряди у лба. – Поверить не могу, что ты уговорила меня избавиться от нее."

"Останавливаюсь за спиной брата, выглядывая из-за его плеча, и с удовлетворением рассматриваю легкое преображение. Русые волосы стали короче и из-за этого немного темнее. Открытый лоб делает лицо больше, взгляд стал выразительнее, а высокие скулы заметнее.

– Тебе очень идет.

– Спорим, Марк скажет обратное?

– Его мнение для тебя важнее моего? – иронично вскидываю бровь.

– Мне важнее свое, – парирует Дима.

– И что сам думаешь?

По холлу разносится топот нескольких пар ног, и мы с Димой синхронно поворачиваемся на шум.