Бальмануг. (не) Баронесса

– Поэтому у людей не принято пить алкоголь за или перед важным делом. А вот после... Если вы будете рады результатами встречи, то позже, после трапезы можете предложить гостям коньяк. Для вдумчивого распития в вашем кабинете или мужской гостиной.

Шитеры внимательно слушали, а Хелен продолжала:

– И если отсутствие алкоголя на столе можно отнести на вашу расовую нелюбовь к нему, а гости должны уважать традиции принимающей стороны, то таким предложением – угостить коньяком после ужина – вы как раз покажете знание уже нашего, человеческого этикета. И чем больше вы будете рады итогам встречи, тем более выдержанный и ценный должен быть напиток. Обязательно в соответствующих глубоких бокалах, лучше от известных производителей посуды. Высокородные гости поймут ваш намек. Если недовольны, то можно предложить сакэ...

– Са-чё?! – переспросил рыжий.

– Сакэ. – Странно, но в этом мире тоже был такой напиток на основе риса. Или именно таким знакомым словом он ""переводился"" на известный девушке аналог в ее подсознании, впрочем, как и прочий алкоголь. – Или любой другой крепкий напиток с резким вкусом. Или такой, где не принято смаковать послевкусие. Подавать в крошечных рюмках. А если еще просто в стеклянных, а не хрустальных, то это прямое указание, насколько вы недовольны.

– Эти человеки точно чудики! – почему-то совсем тихо проворчал рыжий.

Если бы мужчина не был шитером, Хелен бы подумала, что то был испуганный шепот.

Глaвaрь недолго думал. Велел подготовить всё именно к формату ""деловой ужин"", а еще провести тренировочный обед. И чтобы эйра распорядилась на кухне, что именно готовить, и... съездила и сама закупила недостающие посуду и алкоголь.

– Я?! – опешила Хелен.

Одно дело заниматься со знакомым парнем уроками в закрытой от чужих глаз комнате да в присутствии компаньонки, другое – разъезжать по магазинам столицы королевства с толпой незнакомых шитеров. Слишком большой урон чести эйры. Куда-то уроки ее не туда заводят.

– Что-то не так? – спросил главный, с явной усмешкой поглядывая на стушевавшуюся девушку.

Вот точно он знал, насколько неприлично эйре разгуливать с шитерами на виду у всех. И что, отказываться от задания? В принципе уже одно то, что она здесь находится наедине с мужчинами, да с незнакомыми, да с шитерами – это уже ужас ужасный. Разве что другие люди этого позора не видят. Но останется ли этот факт в секрете? Честь урожденной баронессы Бальмануг уже безвозвратно испорчена. Теперь ректор, даже очень сильно захотев отдать ее замуж, вряд ли найдет настолько глупого или нуждающегося мужчину, который возьмет себе девицу с ""таким прошлым"".

Как попаданке Хелен было плевать на мнение посторонних. Но как эйре, которой теперь в этом мире жить, было о чем переживать.