Принцесса особого назначения

В общем, я готовила подарок и папашке, и своему любимому няню. Завершив шитье, я решила украсить изделие вышивкой, которой владела в совершенстве. Но так как цветных ниток не имелось, а вот бусинок на рубашках в избытке, то и вышивала я бисером. Рисунок был сложный, но сложности меня не пугали. На жилетке для шенге кусочком мыла я нарисовала знак клана – перерисовать его с секиры было не трудно. Огромный медведь чем-то походил на лесных орков. На жилетке для шенге у медведя были видны оскаленные клыки, так как он, вождь, должен показывать силу, а вот на подарке для Рхарге клыки были только чуть-чуть намечены, он же младший вождь. Это я сама решила, путем логических рассуждений. Помимо морд медведей, на которые ушли все коричневые бисеринки, я изобразила еще и горы, и берег реки, и место нашего лагеря… это как бы на память. Странно, раньше я никогда и ни для кого ничего не делала, а тут даже пирожными со всеми поделилась, просто потому, что хотелось им сделать приятное… я меняюсь… Это прискорбно. С другой стороны, поделившись пироженками с орками, я получила гораздо больше наслаждения, чем если бы их сама ела… ммм, один Аршхан чего стоил… Эх.

Беда пришла неожиданно! На седьмой день я почти завершила свою ручную работу. Жилетка для Рхарге была уже готова и лежала в холщовой сумке, на которой я вышила его символ – лапу с тремя когтями. Для шенге тоже была приготовлена сумка, а вот на его жилетке я все еще перешивала бисеринки местами, округляла контуры… в общем, нет предела совершенству.

В лагере остался только один орк, Рхарге с Оливером ушли на охоту – добывать ужин, который теперь готовили совместно для всех, во избежание повторения конфликтов. Остальные орки сейчас что-то там грузили, возились с рудой. Теперь работали все, и по сменам.

Полуденное солнышко припекало, я напевала что-то веселое, любуясь собственной работой. Получилось несколько неровно, в местах шва, но в целом великолепно. Вдевая очередную нитку, я уже примеривалась к бусинкам, просчитывая, как я их скомпоную, когда совсем рядом прозвучал очень знакомый голос:

– Утырка, рад видеть!

Мой визг на весь лагерь потревожил птиц на деревьях, но ничуть не побеспокоил Динара, схватившего меня. Путешествие до спрятанных в лесу лошадей я проделала вниз головой, безуспешно колотя кулаками по его спине. Вырываться и кричать я перестала сама, когда увидела умирающего степного орка, который, словно не понимая происходящего, в ужасе смотрел вслед Динару, пытаясь зажать рану на шее…

Динар пришел в лагерь один, остальные ждали его в лесу… Он убил орка и забрал меня…

– Зачем? – Я невольно заплакала, и перебрасывающий меня через лошадь даллариец замер.