Назад в СССР

Вот и сейчас, обладатель стильных усов таракана сразу вспомнил Антона. Он протянулся к столу, заставленному снедью, и достал пухлую книжицу в потертом кожаном переплете.

Отодвинул чуть в сторону тарелки. Те еле умещались на столе. Чего на нем только не было. Салаты (один из них похож на «Оливье»), шашлык, котлеты по-киевски, куча нарезок из рыбы, грибочки (чуть слюной не подавился), студень и другие традиционные советские закуски. Все это красовалось в окружении бутылок с грузинскими винами и коньяком.

А хорошо живет директор кочегарки. Если он каждый день так шикует, может, мне на работу кочегаром надо было устраиваться? Ха…

— Гоша, вот мой долг, — Антон протянул катале сложенные купюры. — Сто двадцать рублей.

— С тебя еще две сотни, — невозмутимо проговорил Гоша, спрятав купюры в кошелек из крокодиловой кожи (не думал, что в СССР они существовали — наверное, у фарцовщиков приобрел).

Антон чуть не задохнулся, что-то промычал, но взял себя в руки и процедил:

— Это с какого?..

Он чуть снова не вышел из себя, но вовремя осекся и продолжил:

— Это почему? Я проиграл сотку, плюс двадцать — это проценты.

— Ты моих людей обидел. Носы им сломал. Нехорошо.

— Каких людей? — включил дурачка Быков.

— В общем так, принесешь сверху две сотки. Срок — неделя. Не уложишься, в следующий раз не шушера придет, а они тебя навестят (Гоша кивнул на мордоворотов), — а теперь иди, не мешай выступление смотреть.

— Уважаемый, — вмешался я, обращаясь к Гоше (в семидесятые, это обращение не носило подтекст издевки и прозвучало вполне обычно), — мы хотели бы отыграться.

Гоша с удивлением на меня уставился.

Глава 14

Гоша смотрел на меня с интересом. Жилка предпринимателя не давала ему отмахнуться от студента, предложившего отыграться. Очередной лох в его копилку. Почему нет. Денег много не бывает. Хотя нормальную сумму с него (с меня) не срубишь, но с паршивой овцы хоть копытце в суп. Курочка по зернышку клюет, а если стадо таких баранов окучивать, то денег можно заработать немало.

Уверен, что так рассуждал катала. Я заметил, как на его лице мелькали тени сомнений. Стою ли я его внимания, стоит ли из-за меня ему шевелиться? Он не знал это наверняка.

Но после секундных раздумий жадность и профессиональная жажда наживы взяли верх над врожденной Гошиной осторожностью. В том, что он был хитер и осторожен, сомнений не было. Иначе как бы он удержался столько времени на плаву? Одними взятками не откупишься. Но, возможно, есть и другая причина, о которой я пока не знаю.

— Это кто? — Гоша кивнул Быкову, указав на меня.

— Это мой одноклассник, — проговорил Антон. — Друг…

— Друг, говоришь… — Гоша снова уставился на меня немигающим взглядом удава.

Его волчья чуйка уловила в моем взгляде и жестах ментовские замашки.