Назад в СССР 4

Пришлось немного цензуру даже подвинуть в оперативных целях, ведь чиновник и партократ в глазах советского человека должен был выглядеть кристально честным (с остатками нимба на голове), аскетичным и совсем не богатым. По достатку лучше, конечно, дворника, но хуже сталевара, что в горячем цеху здоровье на высокую зарплату обменивает. А тут — такая неувязочка. Высокопоставленные чиновники так сильно обгадились, что тень могла лечь на всю советскую систему. Но в целях поимки злодея Москва (после долгих и нервных для Горохова переговоров) дала добро на эту “авантюру”.

Светлана и Алексей молча наблюдали за этой шумихой, пытаясь разгадать, чего нужно ждать и зачем куковать в гостинице. Помочь им с этой загадкой я никак не мог — для нашей общей безопасности.

Если коротко, то в гараже у Пономаренко обнаружили залежи зеленых. Видно, готовился за границу дернуть. Но в газете его гараж никак не фигурировал. Будто не нашли его на отшибе Абакана. Прощелкали, стало быть. Вот Пономаренко и купился. На перекладных вернулся в Абакан и в свой любимый гараж наведался. А там круглосуточно дежурила засада в количестве двух оперов и одного меня. Только взять Пономарева живым не удалось. Бился он до последнего, потому как знал, что вышка обеспечена. Одного опера в реанимацию отправил, а второй его пристрелил. Целился в руку, но в горячке промазал. Прямо в лоб девятимиллиметровую залепил. Действия, конечно же, потом признали правомерными, и по громкому делу об убийстве подростков осталось двое обвиняемых.

Наша миссия была закончена. Горохов собрал нас перед вылетом в кабинете и каждого поблагодарил, крепко пожав руку. Даже Светлане пожал, но я бы на его месте хотя бы в щечку ее чмокнул. Но и рукопожатие от Горохова — награда высокая. Благодарности от него хрен дождешься. А тут он растрогался совсем. Но тут же взял себя в руки и во всеуслышание объявил:

— Других наград не ждите. Такой рассадник мы вскрыли, что много голов еще полетит. Заседание по делу будет закрытым. Такое пятно на себе система попытается затихарить. Все номера “Советской Хакасии” уже изъяли. Но большинство уже сами пошли по назначению — для растопки печей и уличных сортиров. Впрочем, свою роль они сыграли, и это главное.

В Союзе туалетная бумага появилась в массовом производстве еще в конце 60-х. Но настоящий советский гражданин предпочитал листы, испещренные типографской краской. Для этого даже специальные кармашки на стенку мастерились.

— Вот и все, товарищи, — подытожил Горохов, — благодарю за службу. Теперь наша группа больше не экспериментальная. Уверен, что, когда вернемся в Москву, ее переведут в постоянный статус. Процедура это не быстрая, опять проект приказа надо будет согласовать во всех инстанциях двух ведомств.