Сквозное. Навылет

А если у Талы тоже туберкулез?"

"Она же учитель, в обычной школе работала, там дети из всяких семей учатся, подцепить что угодно можно. А зарплата у учителей — мизер, никакого нормального питания, да и условия проживания у нее раньше отстойные были. Откуда взяться иммунитету? И те ее простуды частые, больничные по которым нарыли для него в поликлинике… У них же никто в таком диагнозе просто так не признается, стыдно… Могла же договориться с семейным врачом? Да легче легкого! И Тала, допустим, проходила курсы лечения, а в школе узнали, вот и рассчитали быстро…

Нет, противно не стало, и отгородиться даже порыва не возникло, ни единого. Наоборот, защитить, к себе ближе, как своих сил передать ей… Да и сам не боялся, если его догадки верны. К Шусту зараза не прилипнет, слишком луженный. В его селе из болезней только порча да алкоголизм известны были, остального знать не знали, вот и не брало. И в том, что, если не ошибся, вылечить сумеет, тоже ни малейшего сомнения. Есть и ресурсы, и характер, чтоб и заставить Талу, если надо будет, все выполнить. Да и времена не те, что были до антибиотиков, и у него возможности… Любой препарат для нее достанет…

— Шуст? Ты чего? — Гришка, который и заставил его всмотреться, по сути, насторожился, видно, заметив, как сам Денис подобрался, скрутился в пружину, даже прищурился, кажется. — Я же чисто так, по-дружески, хорошая она у тебя, забавная, такая, с достоинством. Не потасканная… Не про физическое, знаешь. Душевная, видно, что не сучка, а это сейчас нечасто встречается. Правда же, вот и… — друг как-то неловко передернул плечами, полез за сигаретами в карман.

Денис поднял ладонь, прерывая эти путанные объяснения, явно не привычного к такому Гришки.

— Я оценил Гриша, и обратил внимание, спасибо. А то прав ты, накрыло меня, отстраниться не мог, не туда смотрел. Ей вчера плохо было, а я повелся на отговорки, как лох… — щелкнул с досадой языком. — Есть подозрения, что за болячка. Прилетим — к врачу отведу, разберусь, подлечу и на ноги поставлю. На Мальдивы отвезу, ей солнце точно полезней снега будет, уже и ей пообещал, — так и продолжая на Талу смотреть, ответил другу.

Реально же помог, а Шуст допустил промах. Свои ошибки тоже надо уметь признать и увидеть, только тогда в следующий раз все иначе сделать сумеешь. Он этот урок давно выучил.

Глава 16

«И лампа не горит, и врут календари.И если ты давно хотела что-то мне сказать, то говори.Любой обманчив звук, страшнее тишина,когда в самый разгар веселья падает из рук бокал вина.И черный кабинет, и ждет в стволе патрон.Так тихо, что я слышу, как идет на глубине вагон метро».Сплин «Романс»Нельзя сказать, что второй полет она перенесла легче. Вот, вообще, неправда.