Научу тебя плохому (СИ)

Прежде чем я успеваю хоть что-либо произнести, он выходит из комнаты и прикрывает за собой дверь, оставляя меня в полном недоумении и с кипящей от переполненной новой информацией головой.

Некоторое время я еще пытаюсь переварить его слова, но в конце концов решаю подумать об этом утром.

Вздохнув, снова беру телефон. Новых сообщений, как и ожидалось, не обнаруживаю, а потому пишу сама.

Серая мышь 20:42

«У тебя все хорошо?»

Отправляю, ругая себя за тупость. Нет бы придумать что-нибудь поинтереснее. Пялюсь в экран, словно от того, что я буду на него таращиться что-то изменится. Естественно, ничего не происходит, ежика просто нет в сети, и сообщение мое он не читает.

Проходит почти двадцать минут прежде, чем я отправляю второе сообщение.

Серая мышь 20:58

«Я тебя чем-то обидела?»

Ответа снова не получаю.

И теперь действительно начинаю волноваться. Я просто не знаю, что думать. Это же апогей абсурда. Хочется написать больше, но страх показаться слишком назойливой меня останавливает, и я просто набираю последнее короткое сообщение.

Серая мышь 21:07

«Напиши мне, когда у тебя будет время, чтобы я знала, что все хорошо. Доброй ночи, Ежик»

Выхожу из чата, убираю телефон под подушку и, укрывшись с головой, решаю, что нужно поспать.

Продремав недолго, просыпаюсь от нестерпимого, промозглого холода. Меня знобит так, что зуб на зуб не попадает. Понимаю, что поднялась температура. Со мной всегда так было, стоило только заболеть, как температура к ночи резко возрастала, со всеми вытекающими последствиями. С трудом заставив себя выбраться из-под одеяла, подхожу к столу и, отыскав на нем купленные днем таблетки, достаю одну и проглатываю, запивая чаем. Главное сбить температуру, а дальше полегчает. Возвращаюсь в постель, накрываюсь одеялом и сворачиваюсь в клубочек, прижав колени к груди. Как ни стараюсь уснуть, ничего не выходит, одеяло не греет, тело бьет озноб, на лбу выступает холодный пот и стекает на подушку. Мне холодно, очень холодно, настолько, что я начинаю дрожать всем телом, не в состоянии хоть немного согреться. В конце концов понимаю, что не могу так больше. Встаю с кровати и, завернувшись в одеяло, выхожу из комнаты и направляюсь к комнате Марка. Набрав в грудь побольше воздуха, заношу руку и стучу в дверь.

По ту сторону раздается шорох и громкие шаги, а следом дверь открывается, и передо мной предстает Марк.

И он снова без футболки. Наверное, мне уже стоило привыкнуть.

А еще я впервые за два дня вижу его в очках. И стоит признать, они ему идут, очень идут. На какое-то время я даже забываю, зачем пришла, просто пялюсь на Марка, пока он не начинает говорить.

— Что-то случилось?

— Да… то есть нет, — запинаюсь, чувствую себя полной дурой.