Натюрморт с воронами

Сдерживая волнение, Уинифред подошла к двери и застыла перед ней в растерянности. Ей очень не хотелось открывать незнакомцу, и она надеялась, что он скоро уйдёт и оставит её в покое.

Стук в дверь повторился, но на этот раз более решительный и громкий.

Лицо Уинифред перекосилось от страха, но она собралась с силами и ещё раз напомнила себе, что ведёт себя как старая, выжившая из ума дура. Глубоко вздохнув, Уинифред слегка приоткрыла дверь.

— Мисс Краус? — спросил человек в чёрном.

— Да.

Незнакомец вежливо поклонился.

— Вы, случайно, не та самая Уинифред Краус, которая великодушно сдаёт комнаты странствующим путешественникам? Говорят, у вас здесь неплохие комнаты и самая вкусная еда во всём округе."

"— Да, а что? — зарделась от удовольствия Уинифред и шире приоткрыла дверь. Старухе было очень приятно встретить вместо пугающей её смерти такого деликатного джентльмена.

— Моя фамилия Пендергаст. — Мужчина протянул ей руку.

Уинифред немного подумала, а потом решительно пожала её. Она показалась ей холодной и сухой.

— Признаться, вы ужасно напугали меня, — сказала она. — Сейчас уже никто не ходит по дорогам пешком.

— Я приехал сюда на автобусе.

С трудом вспоминая хорошие манеры, Уинифред распахнула дверь и предусмотрительно отошла в сторону, пропуская гостя в прихожую.

— Извините, что задержала вас на пороге. Входите, пожалуйста. Хотите стакан чаю со льдом? Вы, должно быть, упарились в своём шерстяном костюме. О, простите, может, у вас кто-то умер в семье?

— Чай со льдом будет очень кстати, спасибо.

Испытывая какое-то непостижимое смущение, Уинифред поспешила на кухню, налила чай, положила несколько кубиков льда, добавила немного мятного сиропа, поставила стакан на серебряный поднос и вернулась к гостю. Она провела его в гостиную и предложила сесть в мягкое кресло. Тот удобно устроился в кресле и, закинув ногу на ногу, взял с подноса стакан. Только сейчас Уинифред заметила, что гость гораздо моложе, чем ей показалось из окна спальни, а волосы у него не седые, а белокурые. И вообще он довольно милый и элегантный молодой человек, если, конечно, не обращать внимания на его блеклые серо-голубые глаза и мёртвенно-бледную кожу лица.

— Я сдаю три комнаты наверху, — объяснила Уинифред, любезно улыбаясь. — Правда, там всего одна ванная комната, но у меня сейчас нет постояльцев.

— Я сниму у вас целый этаж, — оживился Пендергаст. — Надеюсь, пятьсот долларов в неделю вас устроят?

— О Боже мой, разумеется!

— Конечно, за стол я буду платить отдельно. Мне понадобится лёгкий завтрак, иногда вечерний чай и обед.

— Вы предлагаете больше, чем я обычно прошу, — зарделась от радости Уинифред. — Мне даже как-то неловко…

Пендергаст улыбнулся:

— Боюсь показаться вам слишком привередливым в еде.