Насвистывая в темноте

— У вас с Тру все нормально?

— Ты знаешь насчет Холла, верно?

Она имела в виду, что он приударил за Рози Раггинс, официанткой с коктейлями и с родинкой над губой, похожей на крошку от шоколадного печенья. Мы только что проехали «Пиво и Боулинг у Джербака». Приметная машина Холла с деревянными боками стояла как раз напротив входа. А ведь сейчас он должен вовсю продавать обувь в магазине Шустера.

Нелл пристроила голову Эдди на плечо. Прическа прямо как проволочный моток для мытья сковородок — словно и не родственники вовсе, такие мы разные. Мама как-то показывала мне фотографию, где они вместе с отцом Нелл сидят на крыле автомобиля. Ну точно, Нелл пошла в своего папу грубо обтесанным подбородком и модным сейчас носом, похожим на трамплин для лыжников.

Она обернулась ко мне и сказала очень добрым голосом, отчего мне сразу сделалось не по себе:

— Врач говорит, мама выглядит не очень. Ты уж приготовься.

— Эй, вы двое! — буркнул Эдди. — Хватит уже болтать про смерть и прочее. Тоска же.

Он остановился прямо в центре Норт-авеню и включил поворотник, чтобы свернуть к «Млечному Пути». Я о нем слыхала, но не была там ни разу. Вокруг полно парней в кожаных куртках и девушек с «конскими хвостами», все смеялись и стояли себе, прислонясь к машинам, поглядывали вокруг, чтобы понять, смотрят ли на них. Гремел рок-н-ролл, и все орали, пытаясь докричаться до девушек на роликовых коньках, которые с красными подносами раскатывали туда-сюда между машинами.

Эдди втиснулся в свободное место, затащил внутрь какую-то штуку с маленьким динамиком и сказал:

— Добро пожаловать в «Млечный Путь»… Мы готовим по рецептам иных миров, — ответил далекий голос, но таким тоном, словно это все неправда.

— Привет, тетя Нэнси, это я, Эдди.

— Четыре чизбургера без лука, четыре порции картошки и четыре тройных марсианских коктейля.

Вот тут-то до меня и дошло, почему заведение зовется «Млечный Путь», — потому что на каждом столбике были нацеплены все эти планеты, красные и синие, а еще спутники и звезды. А роликовые девушки — сплошь в серебряных юбочках, и на головах у них из стороны в сторону качаются антенны.

— Когда ты, наконец, выкроишь время поменять мне масло? — спросила тетя Нэнси через динамик.

— Ох… Да хватит уже меня дергать. Сказал, поменяю — значит, поменяю.

Динамик опять засвистел, а потом тетя Нэнси завопила:

— Четыре бургера «Галактика» без лука, четыре картошки фри и четыре шоколадных коктейля. С вас два пятьдесят семь! — А потом добавила: — Завтра же, Эдди, или я расскажу твоей маме, на что я наткнулась в кузове машины, когда искала фонарик.

Эдди сделался того же розового цвета, что и бриджи на Нелл.

— А что она увидела в багажнике? — заинтересовалась Нелл.

— Да ничего. — Когда Эдди врал, левая бровь у него дергалась.