Насвистывая в темноте

Они слушали какую-то джазовую музыку, и смеялись, и время от времени звенели льдом в тех высоких металлических стаканах.

— Спокойной ночи, Сэл, — зевнула Тру.

— Спокойной ночи, Тру.

В одну из тех летних ночей моя сестра перестала сосать во сне палец, но по-прежнему обнимала куклу. Пока дыхание засыпающей Тру выравнивалось, мы с куклой Энни смотрели, как рыбки снуют взад-вперед в мерцающем аквариуме над золотым сундучком, не подозревая, что лежит внутри. Той ночью мне приснилось, что я нашла клад с сокровищами.

После того как фотографы из газеты приходили всех нас щелкать, а доктор Салливан избавил Мэри Браун от ленточного червяка, который жил у нее внутри, отчего, как выяснилось, она и была такой тощей и про что она рассказывала во всех противных подробностях, пока мы с Тру не смогли больше этого выносить ни единой лишней минуточки, остаток летних дней разворачивался в точности как и раньше — до того, как все начали запирать свои двери.

Дети с Влит-стрит снова играли в «Красный свет, зеленый свет» — даже Быстрюга Сьюзи Фацио, решившая, что не такая уж она и взрослая. Сидя на крыльце дома О’Хара, она рассказала нам фантастическую историю про инструкторшу Барб и своего брата Джонни, которых якобы застукала на чердаке за игрой в «Найди салями».

Тру все никак не может приспособиться к мистеру Дэйву, хотя оба обожают щеночка Лиззи, а ее, как я узнала, назвали в мою честь, ведь мое полное имя Салли Элизабет О’Мэлли. Но знаете, что сделал мистер Дэйв, хоть Тру и изводит его? Он съездил к писающему куда попало Джерри Эмберсону и привез Грубияна. И теперь Грубиян вовсю приударяет за Лиззи.

Я и оглянуться не успела, как август подошел к концу. И очень скоро сестра Имельда встанет перед нами в классе с линейкой в руке. Так что в промежутках, когда я не болталась с Тру или Мэри Браун, не сидела на заднем дворе с мамой, читая ей вслух книжку «Таинственный сад» (которую от души рекомендую всем и каждому), не помогала мистеру Дэйву пропалывать сорняки и поливать, я закончила свое сочинение.

И конечно, мы отправились в зоосад и навестили Сэмпсона, и было забавно, что я не услышала, как он поет «Давно я не хожу на танцы». Может, он просто увидел во всем светлую сторону, потому что зоосад раздобыл для него подружку, которую зовут Лола, и, похоже, они поженятся, потому что у них есть что-то общее. Они проводят немало времени, вытаскивая всякое-разное из шерсти друг у друга.

Мы с Тру даже начали ходить на детскую площадку, где теперь заправляет Барб. Она пару раз упомянула Бобби в разговорах, но потом Тру сказала голосом «кипучей лавы»:

— Не буди спящую собаку.

И Барб никогда больше не вспоминала про Бобби.