Настоящие, или У страсти на поводу

— Наша свадьба наделала много шума, — расстёгивая плащ, ответила ему.

В карете было очень жарко и душно и близость мужа совершенно не способствовала общему спокойствию.

— Слишком много, — ответил Торнтон, пододвигаясь ближе и хватая меня за подбородок. — Ничего не хочешь мне рассказать?

— О чём?

— Об отсутствии у тебя на лице рисунка невесты, о том, как чуть не сбежала, отказавшись повязать ленту, — мне не нужен был свет, чтобы понять, что Лео зол, достаточно было услышать металлические нотки в его голосе.

— Рисунок есть, а я не сбегала, а просто, — и запнулась, не зная, как рассказать о своих страхах и сомнениях, которые сейчас казались глупыми.

Карета тем временем тронулась с места и начала свой путь. Голоса становились всё громче и требовательнее. Кажется пару раз в карету кто-то стукнул.

— Что? Решила пойти на попятную?

— Ты же знаешь, что это не так, — вспыхнула в ответ и попыталась отодвинуться, слишком близко он был, слишком сильно давил на меня. — Я дала слово и не отступлюсь.

— Слово? Только слово…

— Ты ничего не слышал? — быстро спросила я, решившись.

Мне всё-таки удалось переключить его внимание.

— Где?

— Во время церемонии. Мне кажется, я слышала голоса… Богов.

Несколько мгновений тишины и его осторожный вопрос:

— Что же они сказали тебе?

— Сын смеялся, велел идти к тебе, и Мать с Отцом тоже… просили довериться.

— И чего ты тогда испугалась?

— Они не должны были приходить. Не к нам.

Снова молчание, на этот раз тяжелое, давящее.

— А чем мы хуже других?

— Ты и сам знаешь, — устало ответила ему и отвернулась. Чувство неловкости только усилилось.

Но мужчина отказался отступать просто так.

— Где он?

— Кто? — несколько раздраженно ответила ему, устав играть в эту игру — угадай, что именно я имею в виду.

— Твой рисунок? Где он?

Торнтон снова был рядом, дыша мне в затылок.

— На шее, плечах, — отозвалась я, осторожно касаясь кожи.

Мою руку поймали и властно отодвинули в сторону.

— Хочу посмотреть.

Я не сразу поняла, что именно мужчина хочет, а потом покраснела.

— Ты с ума сошел.

— Почему? — его руки уже путешествовали по моему телу, напоминая, что кроме плащика и тонкого платья на мне ничего нет.

— Хотя бы потому, что здесь темно, — прохрипела в ответ, ощущая, как горячие ладони накрыли мою грудь и слегка сжали мягкие полушария. — Лео…

— Мне нравится, когда ты так произносишь моё имя.

— Так нельзя…

Губы покрывали быстрыми поцелуями обнаженную шею, заставляя трепетать всем телом.

— Можно. Ты моя жена.

— Но… мы же скоро приедем, — собрав остатки разума, ответила ему.

Остановился всего на мгновение и невинно уточнил:

— Два круга вокруг парка?

— Не смей. Это неприлично.

— В бездну приличия, Айола. Я скучал.