Золотой ключик для Насти

Ремвидцы громко делились впечатлениями, спорили, что будет с этим краем теперь. Более осведомлённые – те, кто слышал об удивительном снисхождении завоевателей по отношению к местному населению – вздыхали громче всех, жалели об оставленных домах. Несколько дюжих парней, всерьёз мечтавших о драке, горестно молчали.

Я же стояла как громом пораженная и не знала куда бежать – к Косарю или на конюшню.

Чёрт! Всё закончилось! Какое счастье!

За воротами маячил конный отряд. Но горанцы даже не спешивались – невозмутимо дожидались своего вожака. Несмотря на недовольное шиканье родителей, несколько девиц сразу рванули туда, только подошвы сапог сверкнули.

Мне тоже хотелось выпорхнуть из крепости, расспросить жив ли Креатин, но организм внезапно вспомнил, что я, вообще‑то, сильно простужена и всего несколько часов назад лежала в поту и бреду. Голова закружилась, ноги подогнулись. Кто‑то сердобольный не позволил упасть, отвёл к стене, где я благополучно уселась на землю, надёжно спрятавшись за толпой кричащих беженцев.

Через четверть часа, голубой флаг Ремвида медленно сполз с башенного флагштока и его место занял кровавый орёл Горанга. А ещё через минуту, толпа замолкла.

«Рогор вышел,» – догадалась я.

Ноги не держали, но я нашла в себе силы подняться. Как раз в тот момент, когда все селяне, разом, поклонились главнокомандующему. Наши взгляды встретились.

– Вы зря искали защиты в крепости, – прежним, тихим, голосом сказал Рогор. Вот только смотрел при этом не на селян, на меня, и лицо его напоминало каменную маску. – Армия Горанга не трогает пахарей и рыбаков, не разоряет деревни и не насилует женщин. Вы можете расходиться по домам. Вреда вам никто не причинит.

Толпа не шелохнулась."

"Всё правильно – сперва нужно дождаться, когда лев выйдет из клетки, а уж после мчаться самим. Иначе рискуешь перебежать дорогу этому хищнику и нажить очень опасного врага.

Рогор повернулся к распахнутым воротам и пошёл прочь.

Я замерла, превратилась в каменный барельеф. Сердце пропускало удар за ударом, ноги вросли в землю.

Неужели не узнал?

Он внезапно остановился, развернулся и пошёл ко мне, рассекая толпу, как атомный ледокол рассекает тонкий, речной ледок. Я приросла к стене и только очередной скачок температуры напомнил – я всё ещё жива.

Рогор остановился в шаге. Лицо спокойное, взгляд непроницаемый, ладонь безмятежно лежит на рукояти меча.

– Ты очень похожа на мою невесту, – тихо сказал Рогор. – Жаль, что ты – не она.

…Он никогда, ничего не обещал. Я тоже клятв не давала. Единственное, что нас связывало – его пневмония, дубовые иголки шприцов и антибиотики.

Так почему эти слова разорвали сердце в клочья?!

Я усмехнулась, ответила с равнодушием, достойным могильного камня:

– Бывает.