Наставник

Как бы мне ни нравился Сэвен, как бы я ни хотела быть поближе к Владу, который наверняка бывал там гораздо чаще, чем здесь, здравый смысл подсказывает, что тут меня ждет гораздо больше возможностей.

– Нас и тут неплохо кормят, правда? – улавливает мои мысли Влад. Вот только в его голосе мне почему-то слышится насмешка. Выходит, он не верит, что у меня что-то получится? Или, может, видит, что не получается, но тактично молчит, щадя мое самолюбие? Что, если мое присутствие просто терпят, и толку от меня нет? Я ведь не знаю этого наверняка. Вдруг мне только кажется, что я расту, куда-то движусь, в то время как на самом деле все обстоит совершенно иначе? Почему я вообще решила, что Макаровна мной довольна, если она никогда мне этого не говорила?

– Влад! Ты, кажется, хотел меня поторопить, – вмешивается в наш разговор с Галичем Савва. Между братьями возникает странное напряжение. Но когда в зал входит пара – высокий тощий мужчина и девушка с синими волосами, они, как ни в чем не бывало, переключаются на обсуждение рабочих моментов, и то рассеивается, будто его и не было. Как я успеваю понять из обрывков дошедшего до меня разговора, эта парочка – то ли художники, то ли инженеры, отвечающие за создание спектакля, который я только что имела счастье увидеть. Завистливо вздыхаю. Как же это, наверное, круто – иметь талант. Талант всегда заставляет считаться с тем, кому он принадлежит.

– Где ты ходила?! Я тут зашиваюсь уже. Нужно позвонить по поводу брака на двух зеркалах. И направить претензию по…

– Я все сделала. Еще утром.

– О! Ладно. Тогда я займусь отчетом.

– Любовь Макаровна…

– Чего?

– Вы довольны моей работой? Может быть, я где-то недожимаю, делаю что-то не так, а вы стесняетесь мне сказать…

Губы начальницы, выкрашенные красной помадой, изумленно приоткрываются. Ресницы-червячки хлопают – туда-сюда.

– Я? Стесняюсь?

Макаровна смотрит на меня так, словно само это предположение для нее оскорбительно. Это ни черта не похвала, но мои губы растягиваются в улыбке, которая, впрочем, сейчас наверняка абсолютно не уместна.

– Поняла, – киваю я. – Извините.

Кажется, моему голосу недостает искреннего раскаяния. Он звучит ужасно довольно. Да, может, я заняла это место, воспользовавшись протекцией Влада и Саввы. Но закрепилась на нем – исключительно благодаря собственному усердию. А значит, у меня есть шанс доказать, что я тоже чего-то стою."

"– Что ты шатаешься без дела?! Нам еще нужно подумать над рекламной кампанией. Изначально мы планировали совершенно не то, что теперь предлагает Наталья.

– Знаете, я уверена, что какой бы рекламная кампания ни была, это место ждет грандиозный успех. И большая прибыль, – последним замечанием я надеюсь добавить своим словам веса.