Насмешки судьбы (СИ)

Замерев у потрепанной и перекосившейся деревянной двери, резко вдыхаю воздух, словно из-под воды вынырнув, и начинаю улыбаться, кажется, становясь похожим на ненормального. Я вернулся.

      Это я, настоящий я: осторожный, эгоистичный, своенравный и упрямый ублюдок. И дела мне нет, кто сейчас разгребает то дерьмо, что я заварил, и плевать, как там ребята живут. Это же я. Был таким, таким и останусь. Мне не нужны друзья (срываю с плеч куртку, чувствуя как одежда начинает душить), мне не нужна помощь (отшвыриваю перчатки и шапку в сторону, радуясь отсутствию зеркал и не желая себя видеть), мне не нужны поддержка, защита, любовь (как же хочется курить, а еще кричать, громко, раскинув руки в сторону, запрокинуть голову к ясному небу и орать что есть мочи, чтобы напряжение вон, чтобы освободиться от удушающей хватки совести), мне никто не нужен... никто.

      Открываю старенький кран, так удачно находящийся прямо в комнате, и наклоняюсь над старенькой раковиной. Кран фырчит, натужно гудит, но все же дает тонкую струйку ледяной воды. Быстро умываюсь, морщась от обжигающего холода и, закрутив кран, пару минут согреваю покрасневшие пальцы дыханием. Сажусь на скрипнувшую пружинную кровать, укрываюсь своей курткой, курю и думаю, для себя решая, как жить дальше.

      То что меня убьют, по крайней мере попытаются - это ясно как день. Валить надо, далеко и надолго. Автостоп? Вполне тема, еще бы деньжат раздобыть. Не прощаясь, не звоня и вычеркивая из памяти старые имена, заученные номера телефонов, все к черту, все остается здесь, а потом... Вот на "потом" моя уверенность и заглохла.

      Нет, я уверен, что оборвать все контакты мне под силу, тут сомнений нет - переболит, перетерпится, а дальше что? В той, другой жизни, буду ли я самим собой? Останусь ли прежним? Ведь настоящий "Я" останется здесь, или все же нет?

      Откидываю голову на стену, выдыхая дым в потолок. Все тело, отогреваясь, начинает мелко пульсировать, задница ужасно ноет и этот провокационный дискомфорт заставляет вновь и вновь возвращаться во вчерашние воспоминания. Что я натворил? Проверить хотел, как это с ним? Хотел убедиться, что Сет мудлан редкостный, что тварь ядовитая, которую все еще простить не могу за предательство, как бы он не старался помочь... убедился. Да так, что до сих пор мелкая дрожь не отпускает. Я не мог остаться. Не мог быть рядом, потому что утром, проснувшись в его руках, сжатый крепкой хваткой (как бабу, блядь), почти поверил, что это возможно, и сразу почувствовал себя лишним. Неспособность дышать глушила инстинкт выживания, а расслабленное лицо, будто Он доверяет, будто действительно держит в руках что-то важное... Нереально все это.