Наследный принц

 — Может, просто имеет смысл отправить мальчика учиться. Под присмотр близнецов Вальсроде?

— Умгу, — мрачно проворчал Гуннар, хотя весь вид его говорил, что ворчит он больше для порядка. — Прекрасная идея, дорогие дамы! Отправить молодого огневика под присмотр не менее молодых воздушников. И, как я понимаю, под мою ответственность? А потом удивляться, отчего снова приходится выделять финансы на ремонт казарм.

— Не волнуйся, братец, — Рихард, казалось, наоборот, развеселился. — В этот раз я удивляться не буду. И выделять — не буду. Просто вычту из твоего содержания, и все.

— Ладно, хватит, — сказал король, видя, что совет опять превращается в семейные посиделки. — Пока предлагаю поступить так, как предлагают дамы. А потом — по обстоятельствам. И без лишних сантиментов. Не хотелось бы, как фон Биркхольц, на старости лет расплачиваться за свою доброту."

"После совета, когда все расходились по своим делам, Генрих осторожно взял жену под локоток и шепнул: «Пойдем со мной, покажу кое-что». В ожидании обещанной диковинки (а иначе, для чего устраивать такую таинственность из обычной прогулки по дворцу) Либуше пошла за мужем.

Сначала княжна думала, что они пройдут в их покои. Потом — что Генрих решил показать ей что-то в саду и они направляются к одному из выходов. Но, в итоге, к ее удивлению, повел ее еще ниже, где в полуподвале располагались кухни. Но до, собственно, кухонь пара не дошла. Генрих свернул в какое-то ответвление коридора и пара оказалась в небольшой комнатке. Она была похожа на приемную или на гостиную, но Либуше затруднилась бы точнее определить ее назначение.

— Понятия не имею, — равнодушно пожал плечами Генрих в ответ на вопрос. — В этом замке сотни комнат. Иногда уже никто не знает, для чего строилась та или иная из них. На сегодняшний день это — наше тайное убежище.

— От кого? — Любопытно вскинула бровь княжна.

— От всего света, — последовал в ответ смешок. — Мне тут шепнули, что я плохо ухаживаю за своей женой. И я решил срочно исправлять. А то ты в следующий раз и правда поверишь какой-нибудь вдовушке.

— И кто же это такой заботливый шепнул?

— А кому ты жаловалось, что я для тебя сладостей жалею?

Ответом был полный непонимания взгляд. Как ни силилась Либуше, вспомнить, когда это она жаловалась на мужа и при чем тут сладости, она не смогла. Слишком занята была голова последними событиями. Принц же. глядя на ее попытки, только рассмеялся: «Забудь. Просто наслаждайся.»

На наслаждаться было чем. На столе стояли сладости. Крохотными тарелочками был густо уставлен небольшой столик. Воздушные эклеры, засахаренные фрукты, имбирное печенье, пахнущее редкой заморской пряностью, вендские медовые пряники, фразские лакричные палочки и даже марципан.