Наследники предтеч 4

И у меня, и у прусов личинки насекомых могли размножаться на личиночной стадии — по крайней мере, у них присутствовало нечто вроде развитых половых органов, хотя и с очень небольшим количеством яиц. А вот у кровяной живности фей не наблюдалось ничего подобного — половая система очень сильно недоразвита и никаких признаков её функционирования. Поймав и посадив в клетку поправившегося самца, я брала пробы крови по два раза в день. Личинки выросли, достигли размера, раза в четыре большего, чем максимальный у меня или прусов… а потом исчезли из крови. Точно такая же закономерность прослеживалась с естественным репеллентом: его действие усиливалось изо дня в день, а когда личинок не стало — резко пропало.

Проанализировав запись, я поняла, что дерутся феи не просто за территорию, а охраняя её конкретное место: невысокий кустарник. Именно к нему и пытался пробраться вновь отпущенный самец. Более того, он некоторое время терпел побои, упрямо пробираясь к заветному растению, и сбежал только через добрых четверть часа. Снова поймав больного фея, вернула его в клетку, чтобы проследить, достаточно ли такого краткого общения для поправки. А ещё внимательно понаблюдала за здоровыми феями и загадочным кустом. Выяснилось, что вокруг него вьётся целый рой совсем мелких, едва видимых глазу мошек. Феи достаточно часто посещали куст и позволяли мошкам бегать по своему телу. Что, если именно эти насекомые и есть взрослая форма кровяных защитников? Тем более, что наблюдение за пойманным самцом подтвердило предположение: уже к вечеру в его крови удалось обнаружить очень мелких личинок, а через трое суток, когда они подросли, начала появляться защита от гнуса. Чтобы окончательно подтвердить теорию, мы отнесли клетки с больными феями к кусту и продержали их там, не выпуская, около получаса. И через несколько дней все «больные» начали вырабатывать естественный репеллент.

— Выходит, они были вовсе не больными, а, скорее всего, просто по какой-то причине лишившимися собственного куста, на котором обитают имаго репеллентных насекомых, — подвела итог я. — Приручив и забрав фей к себе, их хозяйка лишила семью возможности добираться до куста и заражаться новым поколением личинок.

— Тогда получается, что если мы посидим около куста, у нас тоже может возникнуть защита? — обрадовался Илья. — И мазаться уже ничем не надо будет.

— Не спеши, — остановил воодушевившегося химика Росс. — То, что эти насекомые не причиняют вреда феям, не означает, что они не могут вызвать у тебя болезнь или даже убить.

— Или — что личинки вообще станут развиваться в твоей крови, — добавила я.