Наследник с Меткой Охотника

И глаза такие у него типа: «Малыш, я переиграл тебя».

Иди в задницу, дядя. Я переигрывал твоё переигрывание. Аномалии Новосибирска разнообразнее Мурманских! Они все и их монстры станут кормом для меня и моей Метки!

В этот момент зверюга, живущая рядом с моим Сосредоточением, послала мне эмоцию: «солидарное голодное урчание».

Глава 11

Мне подарили одежду — ту, что уже была на мне плюс сменный комплект, немного деньжат и телефон с сим-картой. Ну и, разумеется, выдали новые документы и билеты на самолёт. А, чуть не забыл про брошюрку с информацией о лагере и Корпусе Стражей.

Ещё Волконский даже велел вызвать для меня такси. Из здания ОКЖ я выходил через главный вход. В просторном холле было многолюдно, но на меня будто бы никто не обращал внимания.

Ага, как же. Это же главное гнездо спецслужб. Некоторые агенты на автомате «срисовывают» новые лица. Я тоже смотрел на них с интересом. Кстати, давешнего лейтенанта Яшу так и не встретил.

Усевшись на заднее сиденье такси, я велел править в аэропорт Шереметевых. Эх, а ещё несколько часов назад я ехал в таком же такси, но в компании с красавицей. Жаль, нам с Лизой так и не удалось толком попрощаться. Генерал-лейтенант дал мне понять, что у них состоится долгий разговор о её приключениях, а у меня скоро вылет.

Ладно, увидимся ещё.

С этой благой мыслью я открыл свой паспорт и уставился на первую страницу.

Теперь меня зовут «Максим Константинович Белозеров».

Я принялся смаковать своё полное имя. Нравится. Сам фамилию придумал, пока как обыграть Ньюлейк. Новозёровым мне быть не хотелось.

Инициалы мои М. К.

Почему-то, как только я подумал об этом, у меня в голове заиграла какая-то боевая музыка и всплыли слова «Выберите своего бойца».

М. К. Белозеров… МКБ.

Стоило лишь осознать эту аббревиатуру, как в голове тут же прозвучал звонкий женский голос: «Monkey King Bar!»

Проклятье! Мой энергетический болван, пока управлял телом, много времени тратил на всякие сериалы, аниме и компьютерные игры. Сука, лучше бы энциклопедии читал.

Хотя этим занимались осколки моей души, а болван, похоже, больше отвечал за физиологию и отдых.

До аэропорта рода Шереметевых я добрался без особых сложностей — ну если не воспринимать традиционные московские пробки за таковые. Первым делом я направился в камеру хранения и открыл нашу с Лизой ячейку.

Её вещей уже не было. Похоже, всё-таки отправила кого-то забрать. И, вполне вероятно, отправила какого-нибудь работника ОКЖ.

Размышляя об этом, я проверял свои труселя и носки в сумке, одновременно прощупывая её со всех сторон.

Хм, у неё довольно толстые швы. Вещи точно чисты (во всех смыслах), а вот сумка…

Я вспомнил песню, что покоилась в закромах памяти моего энергетического болвана.