Наследник для врага

Может, нас ждет хоть один нормальный вечер за всё время?

Глава 11. Соня

— Нет, — фыркаю, отталкивая Яна. — Ты неправильно делаешь.

— Сонь, я в состоянии нарезать картофель.

— Ага.

Я смелею. Не знаю, что этому служит поводом. Мужчина ведет себя адекватно, словно мы просто решили поужинать вместе. Никаких нападений, похищений и прочего.

Или может дело в том, что я начинаю верить Волкову. Он действительно переживает за ребенка. А значит — не сделает мне ничего плохого, точно не в ближайшие мысли.

Поэтому позволяю себе расслабиться и немного взять управление в свои руки, забирая нож. Разрезаю картофель полосками, пока мужчина внимательно наблюдает за мной. Чувствую себя немного неуютно под таким пристальным взглядом.

Будто физически ощущаю касания к рукам и шее.

— Золотце, не ты одна с руками. Я умею готовить, пришлось научится.

— Да? Почему?

— Потому что когда «откинулся», многие базовые вещи нужно было срочно изучать.

— Откинулся? — переспрашиваю, надавливая пальцем на лезвие. — Ты… Ты сидел?

— Почти. Нет, Сонь, я не зек. Провёл всю жизнь в детдоме, хотя не знаю, где было бы хуже. Отстойный был приют.

Мужчина облокачивается на кухонную тумбу, совсем рядом. Цепляет мою кружку с чаем, делая мелкие глотки. Новость пописает в воздухе, сгущая атмосферу.

— О. Я не знала…

— О таком обычно не принято говорить. Со своими, кто так же прошел ад — да. А другим это не нужно, — Ян жмет плечами, словно его совсем это не волнует. — Ничего интересного. Кстати, если ты захочешь гречку — говори, потому что её я не покупаю целенаправленно.

— Почему?

— Объелся, как только появились свои деньги. Купил и приготовил всю пачку. А потом вторую, когда узнал, что её можно варить, а не просто заливать водой.

— У вас даже гречки не было?

Становится жутко. То есть, Ян взрослый мужчина, вряд ли его можно жалеть. Но жаль того парня, которым он был. Не могу представить, как это жить в подобном месте.

Без родных, игрушек, хорошей одежды. У отца есть фонд, он помогает одному детскому дому. Но там, конечно, всё по-другому. Ведь в прессе должны мелькать счастливые дети, а не суровые реалии приютов.

— Была, хреновая очень. Мы с Адой воровал крупу, заливали холодной водой и ели по ночам. Иногда влетало, иногда — нет.

— А Ада — это…

— Моя подруга, мы вместе прошли через детдом. Ладно, Сонь, не грузиться, — Ян мягко сжимает моё плечо, заставляя понять взгляд. — Было и было. Я к тому, что некоторых продуктов здесь не водится. И желательно их готовить в моё отсутствие.

— Ты почти всегда здесь.

— Так не будет вечно. Мне нужно будет ездить в город, заниматься делами. Я оставлю охрану, может, даже несколько дней будешь без меня. Отдохнешься.

Киваю, это то, чего я хотела. Чтобы Ян вернулся к своей работе, а у меня появилась возможность.