Наследник для предателя

Нужна фактура, понимаете? С чем идти к тому горе-следователю? Викуша, а ты уверена, что дело все-таки завели? Заявление приняли?

– Да что толку говорить о том деле? На ее жизнь покушались сейчас! – взрывается отец. – Я у вас кто? Неужели, не добьюсь, чтобы мерзавцев посадили? Одно мое слово, и этого Баранова найдут и притащат за уши в допросный кабинет.

Не могу все это выдерживать... Куском говна себя чувствую. Мне стыдно перед Викой... Стыдно перед Стефанией... Я всех делаю несчастными. Из-за меня страдают и рискуют здоровьем люди. И счастья я не заслуживаю...

Глава 30.

Глава 30.

Кирилл.

– Я позвоню Стефании и все закончу, – произношу со вздохом.

– И будешь форменным дураком. Что ты ей скажешь? Прощение попросишь? А в чем ты, сынок, виноват? В том, что она влюбилась и в голову себе вбила, что ты – ее единственный? Это ее ответственность – не твоя. И ты не ее собственность.

– Пап, а как надо?

– Посадить их надо, – кричит отец. – Я сейчас ж позвоню своим орлам, он все выяснят про этого Баранова.

Отец уходит в гостиную. Добровольский откладывает столовые приборы и поднимает на меня взгляд.

– Кирилл, ты готов еще раз навестить Злату из «Идеала»?

– В прошлый раз нам сказали, что она уволилась.

– Кир, а эта не твоя Злата? Ну, та…

– Вик, господи… Моя – это ты только. Но я понял твой вопрос. Нет, они просто тезки. Борис Иванович, можно эту Злату как-то найти? Нам и правда нужен свидетель. Она сможет опознать Стефанию и Ивана Баранова. Теперь у меня нет сомнений, что роль героя-любовника исполнял он.

– Сегодня едем ее искать? Хотя нет… Мне надо в архивах покопаться, – протягивает Добровольский. – Сегодня отдыхаем, а завтра займемся делом.

Родственники и друзья уходят, возвращая уютную тишину. Она, как пушистый зверек сворачивается в углах, наполняя пространство спокойствием. Я дома… Со мной моя любимая жена Вика. Наверное, ничего не сумело бы так нас сплотить, как общая беда.

– Кир… мы справимся с этим? – шепчет она, протягивая ко мне руки.

Беспомощная, лежащая на специальной кровати для малоподвижных пациентов по воле какой-то сучки! Грудь наполняется яростью. Прав отец – не за что мне просить прощение у Стефании. За детские обиды разве что… Остальное она сама придумала.

– Викуль, мне тут одна мысль пришла в голову… А Иван Баранов знал твоего папу? Может, обвинение – тоже их рук дело? Он ведь мог подбросить улики в его кабинет и…

– Я бы сейчас вскочила на ноги, Кир… Если бы могла. Как же я сразу не догадалась, что все наши неприятности – дело рук одного и того же человека. Получается, ей было мало нас разлучить? Она стремилась меня уничтожить? А я взяла и пришла к тебе за помощью… Еще и Дину отвадила. Надо бы перед ней извиниться, а то нехорошо…

– Странно, что Стефания не трогала Дину. Выжидала, наблюдала со стороны.