Наследник для предателя

– Как ты планируешь совмещать работу и заботу о моем сыне?

Ну вот, опять начинается… Только мне кажется, что между нами устанавливается мир, Кирилл доказывает обратное.

– Ты правда хочешь запереть меня в своем доме? Ты…

– Вика, я директор завода. У меня есть деньги, чтобы прокормить семью. Вопрос закрыт.

– Ты самый невозможный человек на свете, я… Я терпеть тебя не могу. Едва выношу!

Выскакиваю из машины и, не дожидаясь, когда выйдет Кир, вхожу в дом. Там мамуля и Антонина Ивановна – куда уж без нее…

– А вот и наша мамулечка приехала! Егорушка, смотри. Ой, куда ты, сыночек?

Мама всплескивает руками, наблюдая, как сынишка бежит ко мне, оторвавшись от игрушек.

– Мама! Мама!

Обнимаю сладкого мальчишку, едва сдерживая слезы. Я впервые оставила его так надолго. Может, Кир прав? И мне стоит на некоторое время оставить мысль о работе?

– Сынок мой, Егорушка, – подхватываю сынишку на руки, замечая в проходе Кира.

И он так смотрит… С нежностью, каким-то странным обожанием в глазах… Словно и не было разлуки и расставания. И он знает сына всю его маленькую жизнь… И нашей недавней ссоры не было. И моих жестоких слов тоже…

– Сыночек, как вы мало отдохнули, – выходит из кухни Антонина Ивановна. – Здравствуй, Вика, – а это прохладно бросает мне.

В доме пахнет домашней едой и цветами. Спускаю Егора с рук, но Кирилл подходит ближе и забирает его. Пацан ошеломленно смотрит на едва знакомого дядю, но не плачет. Тянется ручками к его аккуратной бородке, гладит скулы.

– Привет, Егор. Как дела? – неуверенно протягивает он. – Вика, как надо с ними обращаться? Что говорить? – переводит на меня беспомощный взгляд.

– Ты все правильно делаешь? Можем вечером поехать в парк. Кирилл, я хотела кое-что попросить для него, можно?

– Конечно, все что хочешь, – без раздумий произносит он.

– Трехколесный самокат. Можешь купить?

– Обязательно. Мне нужно на работу, а вечером поедем в парк, кататься на самокате и кормить уток.

Антонина Ивановна порывисто обнимает Кирилла и уводит его в кухню. Накрывает на стол и кормит сына свежим супом и тефтелями. Делает вид, что никого в доме, кроме ее Кира нет. Не знаю, как они с моей мамой находят общий язык, но со стороны ее поведение выглядит странным.

– Мама, а Вика? Почему ты ей не предлагаешь пообедать? – хмурится он.

– Я… Я потом пообедаю, спасибо, – выдыхаю, не желая конфликтовать.

– Пойдем, дочка, – вздыхает мама. – Помогу тебе разобрать сумки. Я все твои вещи погладила и развесила.

– Спасибо, мам. А что здесь происходит? Почему она так себя ведет? Как вы вообще? – спрашиваю тихонько, поднимаясь на второй этаж.

– Да ладно тебе… Свекровь есть свекровь. Не обращай внимания. Тоня переживет сильно, вот и все. Кирилл единственный сын.