Наследник для предателя

Мысли обретают вполне ощутимую тяжесть. Накрывают словно бетонной плитой. Я ни в чем не хотел разбираться… Был ослеплен ревностью и обидой, яростью, непониманием… Я почти месяц просто бухал. А потом трахал все, что движется… Это я слабак. Гребаный слабак. Не Вика… Она стойко перенесла случившееся, а потом вынашивала сына… Кажется, я понимаю, почему она побоялась рассказать о нем – не была уверена, что Егор от меня.

Ноги сами несут меня в номер. Наверное, Вика уже позвонила Добровольскому и собрала вещи. Я распахну дверь и увижу ее, сидящую на краешке кровати для молодоженов… Полностью одетую и чертовски бледную. От этих мыслей становится дурно. Прикладываю электронный ключ к двери и врываюсь внутрь.

Она и правда одетая… В свободного кроя рубашке и джинсах, на ногах – гостиничные белые тапочки. В руках телефон…

– Позвонила? – спрашиваю с порога.

Такая красивая… Свежая, раскрасневшаяся, с распущенными темно-русыми волосами, спадающими по плечам. Маленькая – больше чем на голову меня ниже, хрупкая.

– Кому? – прочистив горло, отвечает она."

"– Добровольскому, – выдыхаю я. Сердце так частит, что хочется двинуть себе по груди… Чтобы заткнулось.

– Он сам позвонил. Он… Моего папу скоро отпустят. Борис Иванович с твоим папой занимаются этим, а я…

– И что ты… Ты решила насчет… Вика, послушай, я…

– Если ты о разводе, я не стала ничего ему говорить. Кирилл, я…

– Я не хочу разводиться. Просто я… Я очень ревную, Вик. Очень… Я не имею права тебя упрекать. И лезть в твою жизнь, ты права. Извини… Прости за мою грубость.

Подхожу ближе и касаюсь лбом ее лба. Вдыхаю один на двоих вязкий воздух.

– Аристов, это уже, дай-ка вспомнить, – улыбается она. – Сорок пятое извини за день.

– Я не хочу, чтобы ты общалась с другими мужчинами. Напиши Артему, что вышла замуж и…

– Написала уже, Кир, – шепчет Вика, прижимаясь к моей груди. – У меня ничего не было с ним. Я просто… Я боялась отношений после тебя. Боялась повторения этой боли.

– Почему сразу не сказала?

– Ждала честности. Ты сказал, что ревнуешь. Это правда.

– Ревную, блядь… Сильно.

– Больше не будет поводов.

Глава 22.

Глава 22.

Вика.

Домой мы возвращаемся на следующий день. Спокойные, сдержанные, немного задумчивые. Уж не знаю, о чем думает Кир, а я о будущем… Как мы будем уживаться? Наверное, эта мысль не покидает меня последнюю неделю. А еще его слова о няне и домработнице… Неужели, он правда хочет запереть меня в своем доме? Я всегда работала. У меня и коллекция картин имеется. До ареста отец мечтал организовать выставку моих работ.

– Кирилл, ты не против, если я организую мастерскую в домике для гостей? – спрашиваю, когда мы подъезжаем к дому.

Нетерпеливо ерзаю, мечтая поскорее увидеть Егорку.