Наследник для авторитета

– Госпожа Эльвира, – раздается надо мной голос Фаины, – господин Шамиль просил зайти вас к нему в кабинет, когда вы проснетесь.

Сонливость слетает с меня моментально. Я подрываюсь с места и бегу в душ. Чем быстрее мы решим нашу проблему, тем быстрее я смогу отпустить эту ситуацию. И пусть не ожидаю от его решения ничего хорошего, вот только надеюсь, что он позволит мне остаться рядом с детьми. В любом качестве, даже при его жене…

– Боже, – прижимаю ладони к груди, стоя возле знакомого кабинета.

На удивление, дверь спальни была не заперта, словно с меня сняли ограничения по передвижению, но затем я оглядываюсь по сторонам и вижу, что на улице охраны больше обычного. С горечью понимая, что если раньше это была крепость, то сейчас это почти что настоящая тюремная зона с часовыми.

– Была – не была, – решаюсь и, даже не стуча, открываю осторожно дверь.

Галаев сидит за столом и смотрит прямо на меня, будто знал, что я зайду именно в эту секунду. На секунду замираю на пороге, а затем делаю шаг вперед и прикрываю дверь. И раздавшийся щелчок словно отрезает нас от внешнего мира.

– Пришло время поговорить, – твердым и спокойным голосом говорит Шамиль, затем встает из своего кресла и, огибая стол, облокачивается на него, смотря четко на меня."

"Я же делаю шаг вперед, глаз от его лица не отрываю. Вздыхаю, казалось, жду его вердикта с чувством обреченности, но в то же время надежды.

– Я долго думал, – наклоняет голову набок и слегка поджимает губы, глядя на мою одежду.

Да, надела свои обычные, привычные для меня еще с прошлой жизни джинсы и толстовку. Не соблазнять же мне никого в этом наряде.

– И к чему пришел? – хриплым голосом спрашиваю, не выдерживая долгой паузы.

Сердце бьется неровно, часто и с перебоями.

– За твое предательство… – вскидывает ладонь, останавливая готовый вырваться из меня протест, – Скажу по-другому, – понимает с полуслова причину моего негодования. – За твой побег изначально я планировал лишить тебя детей и отправить их на родину, к моей матери.

Прикусываю нижнюю губу от волнения и стресса, с ужасом ожидая, что он может без промедления в любой момент так и поступить.

– Но? – спрашиваю, прижимая ладони к животу, где словно образовалась ноющая пустота, не дающая мне покоя.

– Но твои слова вчера… – снова замолкает, оглядывает меня, словно наглядеться не может, – заставили меня пересмотреть наши отношения. Ты была права, признаю. Во всей этой ситуации есть часть и моей вины. Следи я лучше за своими подчиненными, то ничего между нами могло и не быть.

Он не поясняет и не вываливает на меня подробности, но я читаю между строк и понимаю, что про наркоту и Макса он уже в курсе и без меня. Внутри чувствую облегчение, что справедливость восстановлена, пусть и не так, как мне бы того хотелось.