Наследник для дикаря

Никуда ты не уйдешь.

Слышится звук выстрела. Оглушительный.

Меня тащит за собой его сжатая рука.

Слышу, как тяжело падает чье-то тело.

Неужели он убил этого Дикаря?

А после все превратилось в полный хаос! Выстрелы. Вспышки. Едкий запах и дым, из-за которого ничего не видно. Мат. Крики. Звуки упавших тел…

Кто-то толкал меня. Наваливался.

Но Аллигатор, отстреливаясь, уверенно прокладывает себе путь к выходу. Прикрываясь мной, как щитом… От пуль…

Меня обжигает чьей-то горячей липкой кровью.

Все вокруг рушится. Трещит мебель. С грохотом переворачивается стол и тяжелые кресла. Звенит разбившаяся посуда!

Если бывает на земле ад, то это именно он!

Уже ничего не разбираю перед глазами. Все плывет. Подергивается дымкой. Кажется я проваливаюсь в какую-то вязкую, липкую темноту…

Но удариться не успеваю.

Меня рывком подхватываюсь чьи-то крепкие руки.

Но я уже не разбираю, чьи. Жив Аллигатор или нет. Да я даже не понимаю, жива ли я на самом деле!

– Эй. Очнись. Очнись, красавица.

Как сквозь пелену слышу неласковый, грубый голос. Меня хлопают по щекам. Грубо. Хоть и не больно.

С трудом приоткрываю глаза.

Мир вокруг слишком быстро и сильно вращается. Яркие краски режут по глазам.

Так и укачать. Стошнить может! Ой… Кажется, меня и правда сейчас стошнит!

К горлу подступает мощный спазм.

Я подавляю его усилием воли. Судорожно сглатываю, а в горле пересохло. Так сильно, как будто у меня там песок! Иди толченое стекло!

– Эй. Красавица. Тебе что? Семь гномов нужно, чтобы поцеловали? Так гномов там до хрена. Правда, повыше ростом будут. И ни хрена не целовать станут, если до твоей красивой тушки доберуться! Очнись, говорю!

И опять эти хлопки по щекам!

Да он мне так челюсть свернет!

Открываю глаза. Теперь уже как-то полегче. Мир все еще кружится и расплывается перед глазами. Но уже не так сильно!

Тут же захлопываю их обратно!

Потому что натыкаюсь на очень знакомые горящие угли пронзительных глаз! Его запах бьет в ноздри. Забивается в легкие. Терпкий. Мужской. Запах настоящего самца, смешанный с сигарным дымом и запахом пороха. А все равно, даже сквозь них пробивается!

– Ты пришла в себя. Хватит притворяться!

– Или тебя вернуть обратно? Там полежишь. Дохлой рыбой притворишься. Может, тебя и отпустят, мммм? Пожалеют и выбросят в какую-нибудь прорубь? Или мне самому? Красивая. Ты любишь в проруби купаться? Говорят, для здоровья ой, как полезно! Ну… Полагаю, разок нырнешь и тут же сознание к тебе вернется!

– Не надо. В прорубь, – шепчу помертвевшими губами.

Сама не замечаю, как цепляюсь руками за рубашку Дикаря. Чиркаю случайно ногтями по смуглой, почти черной, коже.

Распахиваю глаза. Я переполнена ужасом! Ведь сейчас… Сейчас я в руках того, кто стал моим самым страшным кошмаром!

Натыкаюсь на совсем неласковый взгляд.