Наследник для дикаря

Выходит, он так и задуман, чтоб не снимался! Он надел на меня знак принадлежности ему, как поводок!

Григорий вздергивает руку вверх, как бы предупреждая, чтобы никто не дергался и ничего не предпринимал.

Потирает переносицу, переводя взгляд от Марата на Пашу и на этого мерзкого Аллигатора, который уже оскалился, как самая настоящая собака, готовая броситься и загрызть за свою добычу.

– Тихо! У меня приличное место. Здесь ни стрельбы, ни драки не будет!

Видно, он четко понимает, что сейчас может начаться бойня.

Даже я это понимаю, по недобро сверкающим, как два лезвия очень острых ножей, глазам Марата. И по вытянутом в струну Аллигатору.

– Объясни. Если это , – тычет в меня пальцем, от чего я содрогаюсь, – принадлежит тебе. Почему тогда Пашка ее поставил на кон? А ты? Почему не заявил свои права сразу? Дал начаться игре! Дал, мать твою, чтобы она закончилась! Зачем ждал так долго? Как мне теперь рассудить? Как принять правильное решение? Аллигатор честно выиграл то, что стояло на кону. Карточный долг не обсуждается! Это на равных с правом крови! Ты ведь молчал… А надо было сразу заявлять, что ставка не принадлежит тому, кто ее поставил!

Григорий явно нервничает.

Видно, боится отказывать Марату.

Все же он не простой человек. Из тех, кому не отказывают. И хозяин заведения это понимает!

– А вот зачем, Григорий.

Марат спокойно обходит стол.

Поднимает оставшуюся колоду карт, которые не раздавались.

Рассыпает их лицом на столе.

Замечаю, что в колоде есть те карты, которые оказались и в раскладе Паши и этого Аллигатора!

Это серьезно. Это очень, очень серьезно!

Чувствую, как напрягается тот, кто меня по-прежнему держит за горло.

Сейчас начнется… Что-то ужасное!

Даже я понимаю что такого не простят! Кто-то имеет все шансы не выйти из этих стен и этого кабинета!

Вопреки моим ожиданиям, Григорий просто запрокидывает голову и начинает хохотать. Оглушительно. Недобро. Так, что внутри все режет!

– Охренеть же ты лошара!

Продолжая смеяться, поворачивается к Пашке.

– Ты… Ты настолько идиот, что даже с картами в рукаве умудрился проиграться! Это охренеть просто! Быть таким неудачником! Взять их.

На последних словах смеха больше ни в одном глазу. Он сжимает челюсти. Взгляд становится жестким, как у настоящего убийцы.

– Взять и закрыть в подвалах. Каждого отдельно.

Чеканит приказ ледяным тоном.

Рядом с Пашкой и с нам тут же оказываются амбалы в черном.

Аллигатор дергает меня на себя, еще сильнее сжимая пальцы на шее.

Делает резкий шаг назад.

Его вторая рука взлетает вперед. Вместе с пистолетом, нацеленным прямо на Марата.

– Я уйду отсюда! И девчонку свою заберу! А ты… Ты, Григорий, слишком быстро переметнулся на его сторону! Думаешь, он с тобой поделится? Да он и тебя под себе подомнет! И не утрется!

– Взять.