Наследница Повелителя Теней: новое тело

Такой тип женщин в нашем мире называют настоящими русскими красавицами. Высокая, статная, с выдающимися формами и той особой теплотой и душевностью, что буквально исходят от всего ее облика. Взгляд ласковый и светлый, как и улыбка, что сразу располагало к ней людей.

Власта, хоть внешне и очень похожа на мать, только более стройная и юная, производила совсем другое впечатление. Слишком холодный взгляд, из-за чего такие же, как у матери, большие серые глаза, казались змеиными. И черные волосы, унаследованные от отца, лишь усугубляли это ощущение. Настоящая гадюка! — невольно мелькнула мысль. Опасная и злобная. Похоже, детские впечатления Елены соответствовали истине. И с годами Власта не только не стала приятнее, а даже наоборот. Впрочем, держалась она безукоризненно вежливо. Еще и улыбку натянула. Хотя ее холодных глаз та не коснулась. Меня разглядывали придирчиво и оценивающе, будто решая, как ко мне относиться.

Елисей сдержанно всех поприветствовал и отошел в сторону, оставляя меня на растерзание семейству Антиповых. Леонид Константинович радушно заворковал:

— А вот и Леночка! Проходи, милая, не стесняйся. Ты ведь помнишь Анфису Дмитриевну и Власту? Вы ведь виделись лет восемь назад, если не ошибаюсь.

— Именно так, — я заставила себя улыбнуться как можно искреннее. — И мне очень приятно снова с вами встретиться!

— Как и нам, Леночка, — тепло сказала Анфиса и приглашающе махнула рукой. — Ну же, подойди ближе! Присаживайся. Пока мы ждем нашего гостя, сможем немного поболтать. Ты ведь теперь тоже член нашей семьи. И мне так хочется узнать о тебе побольше.

Леонид оставил меня на попечение своих женщин, а сам отошел вместе с Елисеем к окну. Они о чем-то заговорили, не обращая больше на нас внимания. Анфиса разливалась соловьем, старательно не затрагивая неловких тем и сосредотачиваясь на нейтральных. Власта в разговоре почти не участвовала, то и дело поглядывая на меня становящимся все более презрительным и надменным взглядом. Похоже, определилась, как ко мне относиться, и ровней себе не считала. Впрочем, многие керны к орнам именно так и относились. Считали ниже себя, хоть и выше простолюдинов. Особенно к тем, кто пришел со стороны, а не принадлежал к роду изначально. Для таких существовало даже особое уничижительное наименование, которое, разумеется, произносилось за глаза — приймаки."

"— Жаль, что ты с Женей не познакомилась. Он сейчас гостит у своего друга. Но когда к концу августа вернется, можно будет исправить это упущение. Я так надеюсь, что вы с Властой подружитесь, — между тем, продолжала щебетать Анфиса. — Ей тут немного одиноко. — Я мельком взглянула на явно не проявившую восторга при этом заявлении Власту и мысленно хмыкнула.