Наследие Сири

Он отливал в принесенные с собой емкости. Одна треть стоила три суала. Значит, кувшин стоил девять, а у нас их двадцать. Севар хорошо ценил свой напиток, и знал, что до конца ярмарки он все продаст. С рыбой мы выпили по кружке олы. Это был первый шикарный ужин за все пребывание здесь. Рыба и белое сухое вино. Я сидела на доске, вставленной в колеса между телегами, а ощущение от еды было такое, что я сижу в ресторане. Нежнейшее белое мясо было сочным, а на брюшках жирным. Я съела почти два куска, когда гвалт начал приближаться к нашему ряду.

— Сири, срочно доставай свои товары, — Севар бросил в огонь кости, взял котелок с теплой водой, и позвал меня мыть руки. — не бойся, цену на шапки и носки говори, а вот одеяло, спроси, сколько готовы за него дать, но не продавай дешевле трех суалов, если уйдут, они вернутся завтра.

Я помыла руки, и полила из котелка на руки Севару. Залезла в телегу, развязала узлы и вынула пару носков, чулок, пару шапок, и одеяло. Разложила на краю телеги. Спустилась на землю, и отошла в костру. Севар стоял рядом со мной, и смотрел на приближающийся кортеж. Он приготовил деньги. Подошедший минис посмотрел на телегу, забрал деньги у Севара и дал ему железный кругляш с чеканкой. Это был пропуск на выезд с ярмарки. Это значило, что мы оплатили за свою торговлю. С официального начала на ярмарку вход становится платным для купцов. На въезде стоит человек, продающий эти кругляши, и собирающий на выезде. Пустая телега с покупателем на въезде получает кругляш меньшего диаметра за десять рамов. На выезде покупатели отдают свой кругляш. Пешие покупатели проходят бесплатно."

"За минисом шли человек десять, и подходили к каждой телеге. К нам подошел мужчина и женщина. Мужчина купил два кувшина олы, но предварительно попросил попробовать. Он не прикоснулся к ноше, а подозвал двоих людей из охраны. Они взяли кувшины, и сразу ушли вперед. Женщина лет пятидесяти, в платье из тонкого черного льна, простроченного в несколько слоев, с интересом подошла к телеге, и подозвала двух девушек из своей свиты. Они молча брали с телеги носки, тянули в разные стороны, засовывали в них руку, нюхали, прижимали к щеке. Я решилась, и обратила на себя внимание:

— Позвольте я отведу вас чуть в сторону, и покажу вам что это. — на мое предложение одна из молодых дам в черном платье зашла со мной между телегами. Я подняла подол, и показала девушке чулок. — это чулки, они очень теплые, и в холод можно спокойно ходить на улице.

— Где вы это взяли? — она подошла ко мне вплотную, и беспардонно взялась за верх чулка, засунув в него ладонь, и задрав платье больше, чем это нужно.