Наследие Сири

Да, это один и тот же участок, скорее всего, потому что, если логически порассуждать — он прав, и все дело только в нашей безопасности, но антагонист во мне готов был спорить и делать назло.

— А еще, нужно соединить вот эти промежутки между домами высоким забором. Таким высоким, что не перепрыгнет во двор ни один волк, а со двора ни одна женщина, — я отвернулась, и брела в дом, где теперь у нас была организована кухня. За спиной были слышны смешки женщин и крип зубов Драса.

Люди потянулись следом, видимо, «благодаря» нашей прогулке, никто не ужинал — все отправлялись искать нас. Я отчетливо понимала свою вину, но поступок Драса был очень похож на правила в армии — один проштрафился — страдают все. Дедовщина была прекрасным методом самоорганизации группы. И теперь мне было стыдно перед этими мужчинами, хоть они и молчали.

После ужина все собрались в общей комнате кухни. Людей было слишком много, и сесть было некуда. Нужно было разделить их на пару групп. Иначе, они ничего не поймут. Но два раза рассказывать одно и то же каждый день меня мало радовало. Да, лучше так, всех сразу.

— Сири, эти люди тоже будут учиться с нами, — Драс ввел в комнату четверых южан. Все замолчали. Я не понимала — зачем ему это надо, но спорить с ним при дружине я не стала."

"— Хорошо, найдите место. Сегодня мы займемся только счетом. А завтра, когда у нас будет стена из досок, мы будем изучать буквы, — я посмотрела за спины учеников, сквозь которые пробиралась Сига. Она несла ветки. Хорошо, что она их не порубила, потому что сквозь эту толпу придется поднимать их кверху.

После первого урока у меня болело горло — приходилось почти кричать сквозь этот гомон. Люди начали задавать вопросы с первых минут. Нужно что-то придумать. И завтра, во время готовки завтрака нужно начать варить солому — у нас ее было не много — то, что стелилось в телегах. Мы снова попробуем делать бумагу.

— Мужчины, мне нужен один человек на завтра, кто умеет работать топором? Мне нужно сделать доску и несколько маленьких рамок из дерева, — я посмотрела в толпу.

— Я могу сделать, если карл Драс отпустит меня с работ в лесу, — из толпы вышел мужчина средних лет, но явно старше Драса. Я видела, как они его уважают и слушают. Все мои выходки здесь закончатся тем, что мне придется уходить жить в лес — там мне никто не будет приказывать. Я улыбнулась, вспомнив прекрасную шутку про одиночество: «хочу плачу, хочу — не плачу». Вот и весь выбор.

— Да, Лувар, можешь завтра с утра заняться с Сири ее досками, — он махнул рукой. — А теперь, все по домам, пора топить печи, и отдыхать.

— Мы истопили печи, можете отдыхать… или побыть с нами на улице, раз нельзя теперь гулять одним, — это выкрикнула Хана, девушка, которая занималась уборкой мужских домов.