Наследие 2

Свет тактических фонарей бил кровожадных существ по глазам, они с яростным хрипом дергали головами, закрываясь руками от лучей и падали наземь. Но задние ряды перепрыгивали через них и бросались к людям с удвоенной силой. В эфире звучали вопли борьбы и боли, надрывно сипел предсмертный хрип. Кто-то схватил Виолетту за руку, и она закричала от страха.

— Бросай чемодан! — это оказался Репей. Он ударом ноги выбил у остолбеневшего Малевича её саквояж и потащил Виолетту за собой. — Быстрее! Бегите!!! Не останавливаться!

Они одновременно рванулись за штурмовиком, и Виолетта оглянулась на бегу. Позади молчаливая масса инфицированных была в каком-то десятке шагов от неё. Ощеренные в беззвучном оскале гнилые зубы, хлопья желтой пены, вырывающиеся из перекошенных злобой ртов, и налитые стеклянным бешенством глаза, лишенные бровей и ресниц, нацеленные ей точно в горло. Несколько бойцов уже были сбиты с ног, и полуголая толпа облепила их, вцепляясь зубами и ногтями в резинопластик скафандров. Между Виолеттой и бесшумно беснующейся массой осталось лишь трое штурмовиков, пытающихся сдержать инфицированных светом тактических фонарей и огнем в упор.

— Всем отходить ко мне! — кричала рация голосом Ершова. — Бармалей, прожектор вперед! Наждак, свети назад! Гранатами, по средним рядам, огонь! Сдерживать их фонарями! Первое отделение, бегом!!!"

"Виолетта бежала изо всех сил, расширившимися от животного ужаса глазами глядя на летящие навстречу пунктиры трассирующих пуль и лучи ручных прожекторов, прорезающие ночной мрак. Их свет выхватывал из темноты впереди оскаленные лица инфицированных и тянущиеся к людям заскорузлые пальцы.

— Куда?! Ложись! — Репей рывком остановил Виолетту, едва не промчавшуюся мимо Ершова.

Инвазивный лейтенант вел огонь с колена, работая одиночными выстрелами. Луч его тактического фонаря быстро перемещался по передним рядам инфицированных, заставляя их отшатываться назад и прятать глаза за тощими руками, вымазанными засохшей кровью. Вокруг него один за другим залегали штурмовики, отступающие спереди и сзади. Она упала на землю и, панически отталкиваясь ногами, прижалась к стене гермокорпуса. Справа и слева беснующийся исступленными беззвучными оскалами ночной мрак разрывали вспышки взрывов.

— Ерш, они лезут из разбитых шлюзов! — прокричал кто-то. — Не удержимся! Их слишком много! Задние толкают на нас передних! Нас скоро задавят!

— Бармалей! — Ершов быстрым движением вскинул автомат, и его подствольный гранатомет глухо ухнул, отправляя гранату в толпу инфицированных. — Заряды остались? — Он рванул из подсумка следующий заряд и с силой утопил его в жерло подствольника.

— Три штуки! — сквозь длинную очередь ответил боец.