Наследие 2

Инициатор считал, что на танке они могли бы добраться до нашего Центра, надо было лишь запастись горючим и питьевой водой. Хозяин дневника выступил категорически против, но остался в меньшинстве. Его сестра и остальные выбрали солнечный день и покинули этот корпус. Огромная толпа инфицированных разорвала их в трехстах метрах отсюда, он видел эту жуткую кровавую трагедию на мониторе внешней камеры. С того дня он остался здесь один, и записи идут с большими промежутками. Они почти не несут информации, только выражают глубочайшую депрессию и тяжелую психическую травму. Он всё ещё надеется спастись и видит свой единственный шанс в том, чтобы подать сигнал бедствия другим Центрам, но не знает, как это осуществить.

В общей сложности он провел в одиночестве три месяца. За это время вирус мутировал в последний раз, либо дальнейшие его мутации не представляют собой кардинальных изменений. Во всяком случае, химические индикаторы стали давать синюю окраску, и сейчас, спустя четырнадцать лет, дают именно её. Мои тесты проб по цвету ничем не отличаются от его тестов. — Виолетта достала из саквояжа пробирку с синей жидкостью и поднесла её к последним пробиркам, стоящим на лабораторном стенде.

— Как видите, визуальной разницы нет, — прокомментировала она. — К тому моменту уличного освещения в Центре уже не было, ночная подсветка камер видеонаблюдения по непонятным причинам не функционировала. Вероятно, её разбила беснующаяся толпа, когда осаждала гермокорпус. Инфицированные появлялись всё реже и только ночью, наблюдать за ними стало проблематично, и он не смог понять, что принесла последняя мутация вируса. Тогда он изолировал в тестовом боксе курицу, заразил её вирусом и три недели наблюдал за ней. После чего пришел к выводу, что вирус изменился настолько, что перестал представлять опасность. Эпидемия закончилась.

— То есть как?! — Малевич аж соскочил со стола, на котором сидел. — В смысле, закончилась?!"

"— В прямом. — Виолетта достала последний лист целлулоидного дневника и прочла вслух: — «Вирус безвреден. Три недели тщательных наблюдений доказали это. Вчера и позавчера я дважды выходил на улицу. Воздух отвратительно смрадный, но в остальном безвредный. Жаль, что Ксения не дожила до этого часа. Теперь я могу выйти отсюда! Надо немедленно попасть в центр правительственной связи и послать сигнал „SOS“! Возможно, мне даже удастся провести сеанс связи с кем-нибудь и рассказать, что здесь случилось. Меня обязательно спасут, никто не откажется от моих куриц и пшеницы. Главное, не терять времени, спутник проходит раз в шесть часов, и я не знаю графика. Поэтому необходимо идти прямо сейчас, пока полдень и инфицированные не выходят на улицу.