Нас воспитала война

И когда тело Клеща навалилось на него и Володя все же получил довольно сильный удар в переносицу, он, разогнув ногу, перебросил противника через себя. Быстро вскочил и носком армейского ботинка врезал пытающемуся подняться Клещу под подбородок, отбросив к стене. Схватил автомат:

Клещ сначала дернулся, но тут же замер под черным зрачком автоматного ствола, глядящим ему в лицо. Вытер кровь с разбитых губ и откинулся к стене.

— Твоя взяла, Леший.

— Ты думал: будет по-другому?

— Все должно было быть по-другому. Только не говори мне насчет морской пехоты, чести и подобной хреновины, не надо. Ты победил. Так стреляй, и делу конец.

Владимира что-то сдерживало от выстрела в этого ранее не знакомого и не сделавшего ему ничего плохого человека. Драка не в счет. Этим секундным замешательством воспользовался Клещ. Набрав немного сил, он вдруг вновь рванулся. Рванулся навстречу пуле. Зачем он это сделал? В наивной, безрассудной надежде изменить ситуацию? Или чтобы и вправду закончить дело, спровоцировав выстрел? Как бы то ни было, Владимир нажал на спусковой крючок, и очередь разворотила лицо бывшему сержанту морской пехоты. Клещ, содрогаясь, завалился набок.

Владимир достал рацию.

— Гена! Слышишь меня?

— Готов. Как там Эдик?

— Не уберегся хитромудрый Эдик. Дернулся раньше времени. Видать, по воле заскучал. Тут ему шальная пуля в головку и попала.

— Ладно. Смотри за обстановкой, я к Бабичевым — и мы выходим.

Леший спустился в подвал.

Вскоре к Владимиру, присевшему отдышаться, подошли Николай с Татьяной. Последняя, увидев кровь на лице Лешего, испуганно спросила:

— Пустяки. Пошли. Надо быстрее покинуть это змеиное гнездо.

Они вышли на улицу под бдительным контролем Бондаренко, продолжавшего отслеживать обстановку. Володя посмотрел на развороченные взрывом останки машин, тихо сказал:

— Предупреждал же тебя, Жуков, что за «тварь» ответишь. Вот и ответил.

Затем обратился к Бабичевым:

— Дуйте к моему другу. Гена! Встречай гостей. Я сейчас присоединюсь к вам.

Боб с Татьяной пошли туда, куда указал Владимир.

Он вскоре подошел к ним.

— Значит, так, друзья. Сейчас идем в гараж. Ты, Боб, берешь джип, и едете домой в Лепки.

— У меня еще дела, Боб. Не переживай, скоро увидимся.

Они прошли в гараж. Бабичев завел джип, и через тыловые ворота вездеход покинул усадьбу.

— Что дальше, командир? — спросил Бондаренко.

— Дальше? — Владимир задумался. — Дальше… С тобой все ясно, ты в отпуске, так что отправляйся к своему брату, он очень хотел тебя увидеть.

— Мы будем отмываться от той грязи, которой обросли в общении с королями, кириллами и им подобными.

— Куда деньги девать?

— И с ними решим. Делали мы, Гена, дело правое и суд вершили справедливый. По законам человечности и завершим этот суд.