Нас просто не было. Книга вторая (СИ)

В результате путаюсь с ключами, роняю сумку на пол, рассыпав добро во все стороны, а Олеська убегает на другой конец лестничной клетки. Эх, я и ловка! Просто акробат! Ниндзя, блин!

   Вылавливаю ее и несу к лифту.

   Бубнит, подскакивает на руках, и мне стоит большого труда удержать ее. й, Егоза! Откуда в тебе столько энергии?

   Пока спускаемся в лифте вниз, она пытается дотянуться до кнопок этажей, и когда ей это не удается, сердито ворчит.

   Ничего, мне тoже многое не нравится, но я терплю!

   Открываю дверь на улицу и выпускаю вперед себя маленькую мартышку. Погода отличная, ясная, даже настроение ползет вверх. Солнышко, легкий морозец, ветра нет совсем. Можно и подольше погулять.

   Взгляд продвигается вперед и утыкается в черную машину, припаркованную у подъезда.

   Сердце подскакивает к горлу, а потом стремительно падает вниз.

   Что он здесь делаeт? Ведь договаривались на одиннадцать, а сейчас и десяти нет!

   Первый порыв – схватить лесю и сбежать, пока он нас не заметил. Но я сдерживаюсь, беру себя в руки и иду к Форду. Нет смысла откладывать неизбеное. Темка все равно не уйдет. Уж я-то знаю, каким упрямым он бывает, когда что-то для себя решил.

   Леся бежит рядом,торопливо перeставляя ножки, оставляя за собой цепочку неровных следов. у меня в груди так же неровно грохочет измученное сердце.

   Выдохнув, нерешительно стучу в окошко. Все так же не готова его видеть, но и прятаться не хочу. Устала. Марина права. Нам пора поговорить, как двум взрослым людям, у которых есть общий ребенок. Как все сложится дальше, я не знаю. Захочет он с ней общаться или нет. Это его дело. Нам просто пора поставить все точки над i.

   Стеклo плавно опускается.

   Зорин сидит, привалившись спиной к спинке сиденья, и смотрит на меня, чуть склонив голову на бок.

   Взгляд спокойный, задумчивый, мне даже показалось, немного грустный. Опять щемит сердце,и начинает щипать глаза.

   – Привет,– произношу наигранно бодрo, пытаясь прикрыть свою растерянность, волнение.

   – Привет,– отвечает тихо, чуть слышно.

   У меня внутри все переворачивается. Что же ты делаешь, Тём? Лучше ори, бесись, лютуй. Скажи еще раз, что ненавидишь. Только не смотри на меня так. Не надо...

   – Давно здесь сидишь?

   – Не знаю,– жмет плечами, все так же не отрываясь, рассматривая меня,– не засекал. Наверное, давно.

   – Позвонил бы, предупредил. Мы бы раньше собрались.

   – Не хотел дергать.

   – Понятно,– выдыхаю, хотя на самом деле ничего не понятно. Он что, сидел под окнами и ждал нас? где же гневное смс: "быстро вышли, пока я вас сам не вытащил?". Где настойчивые звонки? Где требования?

   Краем глаза замечаю, что Олеська принялась за свое любимое занятие – поедание снега.