Небо без нас

Дядя Сева, в драной куртке, в которой обычно шастают новички в Зоне, не ответил. Хитрый. Мне же приказал:

– Кузьма топай, мы тут поговорим. Ружье взял, патроны взял?

– Угу, – сказал я, – могу махнуться, забрать бушлат…

– Иди уже, – вытолкнул меня Дельный.

Я так и сделал. Что же за вечер дурной, все наперекосяк! Зачем Унылый сваливает с Правшой и дядей Севой к блокпосту? Готовят пути отхода? Мои подельники смогли объяснить Борзому, что сейчас нет возможности отстоять Ферму?

Я поднял тяжелую голову. Левый глаз видел смутно, грудь побаливала. Я стоял почти по центру фермы, настоящей фермы, а не колхоза, как в начале пути. Эх, Трофимыч, опытный сталкер, а нашел смерть на самом краю Зоны. Раньше-то эта земля и за край не считалась, даже на карты не наносили.

Небо под вечер развиднелось, заинтригованно смотрело, что же там творится с этим фельдшером-дезертиром.

Я осматривался. Холм с деревьями, на которых висела пух-мочалка, находился на одном уровне с нами. Деревья тихо шелестели листьями, тучки светлого цвета неслись наперегонки. Я с какой-то настороженностью осознал, мне нравится смотреть на небо. Если раньше я любил только голубые просторы, то теперь, эту смесь из серых и темных тонов, хотелось надолго запечатлеть в памяти. Жаль, что больше сюда не приду. Если выберусь, то ни на метр в эту Зону. А так, притащил бы фотоаппарат и стал снимать только небо.

Надо будет у Унылого посмотреть тетрадь, наверняка он нормально изобразил просторы.

Я, размышляя, добрался к месту драки. На земле, если внимательно присмотреться, красные пятна крови, вырванная с корнем трава. Нет, я искал патроны. Вот и они лежат, греют свои картонные бока на солнце. Поднял. Тяжело. Даже не боль, а просто усталость угнетала, не давала даже нормально соображать. Я подул на патроны, убирая с них мелкий песочек. Щелкнуло ружье, которое я переломил, и патроны встали в гнезда. Да, это не автомат.

– Жаль «калаша» нет, – произнес кто-то рядом. Я аж встрепенулся, от неожиданности.

Левша поднял ворот куртки, закурил сигарету.

– Да. С «калаша», одиночными валить одно удовольствие, – согласился я.

– Бери сигу, – протянул он мне пачку.

– Не курю, – сказал я и объяснил: – реально бросил.

Левша проникся таким объяснением:

– Нет ничего проще, чем бросить курить.

Я оторопел, а он закончил мысль:

– Сам бросал раз двадцать.

От этой простой шутки мы заулыбались. Гематома на его лице, от моих кулаков, должна сиять даже ночью. Я остался доволен ударом, но сказал о другом:

– Хорошая тема с сигаретой. Унылый на нее купился.

– Да, брат сочинил. Он больше у нас думающий, – Левша повращал пальцем возле виска, – а я так, за злость отвечаю.

Мы замолчали. Дым дешевой сигареты приятно проникал в легкие. Я даже пожалел, что отказался.