Нас будет трое

Сон…

Резкое, как вспышка, воспоминание, заставило меня дрогнуть всем телом. Сон!

Я панически схватилась за живот, подскочила на постели и безумным глазами уставилась на человека, сжимавшего сейчас мою руку.

Нет, он мне не снился. Теперь я это ясно понимала: по легкой щетине, которой он прежде не допускал; по отросшим больше привычного волосам; по характерному белому, наконец, халату, в который был облачен…

И все же это был он. Даниил. Даня.

– Злата, – сжал он крепче мою руку. – Злата, ты слышишь меня?"

"Я заглянула ему в глаза, ища там ответ на самый страшный, самый важный сейчас вопрос. Тот, что так трудно было произнести вслух…

– Ребенок… – прошептала я в ужасе, вцепляясь свободной рукой в его плечо. – Мой ребенок!

Шепот сменился отчаянным криком. И только знакомые прикосновения еще удерживали меня на самой грани, спасали от того, чтобы не сойти немедленно с ума.

– Злата, успокойся.

Я ощутила, как он прижимает меня к себе. Как моя мучительно тяжелая голова прислоняется к его телу в поисках поддержки и опоры.

– Ребенок, – бессильно заплакала я.

Перед глазами встали кровавые пятна, которые увидела, когда пришла в себя в машине скорой. Вспомнился толчок безжалостной, ледяной руки там, в тоннеле. Всплыл в голове чей-то крик… Кричал ребенок. Миша?

Я вырвалась из успокаивающих объятий, требовательно перехватила взгляд стоявшего рядом мужчины.

– Ребенок! – повторила нетерпеливее, злее. – Что с моим ребенком?!

Все тело болело. Болело так сильно, что невозможно было даже понять, что тому причиной и где источник этого чувства.

Даня присел перед мной – так, что мы оказались лицом к лицу. Произнес твердо, с незнакомой мне прежде властностью:

– Ребенок в порядке. Да, была угроза, но мы с этим справились.

Мы с этим справились…

Внутри меня что-то оборвалось. Я поняла вдруг, что за руку меня сейчас держит совсем не тот человек, что обещал всегда быть рядом. Что эти важные слова, что мы справились, говорит мне вовсе не муж, который клялся в любви и верности.

Где он был сейчас, в этот страшный для меня момент?..

По лицу побежали слезы. Неосознанные, нежеланные, но не подчиняющиеся моей воле. Я не просто плакала – я оплакивала то, чего было уже не вернуть.

Мой брак. Мою веру в человека, с которым прожила половину жизни…

Мысли лихорадочно заметались в голове, возвращая меня к тем страшным вопросам, которые постоянно только множились и множились…

Мои пальцы машинально вцепились в воротник докторского халата, сжали отчаянно белую ткань в невысказанной мольбе…

– Ребенок, – проговорила я снова. – Со мной был ребенок?

Если тот момент в карете скорой мне не привиделся – то я видела там только мужа. А где был Миша?!

– Я же сказал – с твоим ребенком все хо…

– Нет! – перебила я. – Другой ребенок. Мальчик.