Нарушая правила (СИ)

И скажи спасибо моей службе безопасности, которая вовремя изъяла этот тираж из оборота, но сколько еще я буду краснеть за твои выходки? Спуталась и уехала из клуба с первым встречным, это что вообще такое? Разве так мы тебя с матерью воспитывали?! Ты ведешь себя, как…

— Как кто?! — повышаю голос. — Ну же, давай, как кто?! Ренат не первый встречный, папа! — поджимаю губы, а то они чем дальше, тем сильнее дрожат. — Я люблю этого парня, ясно? Да, в тот вечер мы только познакомились, но это не просто роман на одну ночь. Слушай, — делаю вдох, — пожалуйста, дай мне все объяснить, и я…

— Ты знаешь, кто этот твой Ренат? — перебивает отец.

— Боец, — выплевывает мне в лицо это слово так, как будто я с уголовником каким-то встречаюсь. — Спуталась с каким-то гребаным бойцом, Вика! — сердце сжимается от нового витка жгучей обиды за Реню.

— Разве это плохо? — округляю глаза. — Почему ты говоришь таким тоном, как будто он преступник? Он жизни спасает! Он людей спасает! Он вообще…

— И что дальше? Что дальше, Вика?! Я желал своей дочери лучшую жизнь, но тебя с этим парнем моментально понесет по наклонной. Уже. Уже понесло! Алкоголь, клубы, обжимания на улице и загулы до утра — это, по-твоему, нормально?!

— Ренат тут не при чем, а это, — машу газетой, — было всего раз, и не так, как пишут в этой статье, ясно? Это все грязная ложь!

— Ты рядом с ним дичаешь и теряешь контроль! Становишься неуправляемой и разваливаешь нашу семью!

— Я разваливаю? Поверь мне, если это и так, то Ренат тут не при чем! — упрямо сжимаю кулаки, откидывая газету. — Самое простое — искать виноватого в стороннем человеке, но наша семья прекрасно разваливается и без Рената, и виноват в этом ты! Ты со своими бесконечными правилами и запретами душишь меня, а я не твои подчиненные, папа! Я твоя дочь!

— А ты думаешь, вот этот парень лучше? — морщится отец. — На хер ты ему не нужна, поняла? У него этих баб было столько, что не сосчитать! Роман за романом, не ты первая и не ты последняя. Только жизнь себе угробишь! А нас с матерью в такую грязь втопчешь, что вечность не отмоемся!

— Он любит меня! И я ему нужна! — топаю ногой, как капризный ребенок.

— Сегодня, — припечатывает зло отец. — Завтра. И еще пару лет, пока не надоешь. А потом ты как себе вообще вашу жизнь представляешь? В блаженной нищете? Мотаться за ним по командировкам будешь? Сегодня он здесь, завтра где-нибудь в глубокой Сибири или на Камчатке. За ним поедешь?!

— Моя дочь не будет жить с простым пацаном с улицы, ясно? Никогда! Это исключено.

— Это не тебе решать! — больше не сдерживаясь ору, что есть мочи. — Не тебе! Ты не можешь запереть меня дома! Мне не пятнадцать!

Отец хмурится и нервно проходится вдоль окна.