Наркомафия

– За любовь! Можете считать меня пошляком, но что выросло, то выросло! И перейдем на «ты»!

Они выпили одновременно. Елена опрокинула рюмку по-мужски, поставила на стол, смахнула мизинцем слезинку и сказала:

– Согласен, – Гуров кивнул.

– Обязательно! – Гуров рассмеялся. – Я зацелую тебя, девочка! Не сомневайся!

Киллер подцепил ножом уцелевший в одном из оконцев кусочек стекла, выбросил, протер раму ветошью. Из пустых ящиков он сложил баррикаду высотой по грудь, сверху набросил подобранный с пола разорванный ватник, покачал сооружение и остался доволен. Затем он взял стоявшую в углу уже собранную винтовку, огладил, положил перед собой, изготовился для стрельбы, приник к оптическому прицелу. Дверь ресторана буквально висела в перекрестье. Киллер осторожно повел стволом, «подцепил» «Жигули», на которых приехал сыщик, сел на ящик, вынул из кармана термос с кофе.

Мент с бабой приехали сорок минут назад, убийца приготовился ждать не меньше часов двух, но сидеть и не видеть заветные «Жигули» не хватало нервов. Могут поругаться, всякое бывает, и мент выйдет раньше. Убийца поднялся, облокотился на свою баррикаду, позиция была очень удобная. Света от уличных фонарей и неоновой рекламы вполне хватало, чтобы отлично видеть и вход в ресторан, и машину Гурова, но было недостаточно, чтобы осветить нутро бытовки. Убийца находился в идеальных условиях.

Он услышал шум приближающихся машин и насторожился. Подлетевшая «Волга» резко затормозила, ее прижал «жигуленок» ГАИ. Началась знакомая любому автомобилисту свара, или разбор полетов. Сначала убийца облегченно вздохнул, но сразу же подумал, что именно этого ему и не хватает. Если мент выйдет сейчас, то все сорвется. Но разборка закончилась мгновенно, гаишник махнул жезлом, видно, ребята в «Волге» оказались при деньгах и жадностью не страдали, обе машины взревели движками, умчались, наступила тишина, и убийца почувствовал, что он в бытовке не один, и тут же ощутил тяжелую руку на своем правом плече. Он взглянул на лежавшую перед ним винтовку, шевельнул плечом, точнее, попытался шевельнуть, услышал над головой голос:

Гуров легко отодвинул убийцу в сторону и залепил ему такую пощечину, что киллер пролетел до стены бытовки, ударился затылком, сполз на пол.

Дверь бытовки распахнулась, два сильных фонаря осветили помещение. Гуров рывком поднял Федора Ивлева, поставил на ноги, вновь отвесил пощечину – не ударил кулаком, хлестанул ладонью. Перед глазами киллера поплыл туман, на губах запузырилась кровь.

– Телефон! Номер, по которому ты звонил! Быстро! – Гуров притянул убийцу вплотную, заглянул в глаза. – Я не буду считать до трех, убью мгновенно.