Нарисованные шрамы

— Вы страшный человек, мистер Петров.

— Это входит в должностные обязанности, Нина, — говорит он. — В моем мире люди понимают только три вещи: верность, деньги и смерть. Запомни это. — Он достает костыли. — Мне нужно кое-что обсудить с Максимом. Я вернусь через час.

Я быстро встаю, делаю глубокий вдох и усилием воли заставляю себя не двигаться с места. Я ни за что не допущу повторения утреннего эпизода. Он не Брайан. Я не позволю своему необоснованному страху управлять мной.

Роман расставляет костыли по обе стороны от себя и встает прямо передо мной. Боже, какой же он огромный. Мое сердцебиение учащается, но мне удается не вздрогнуть. Я справлюсь с этим. Я буду жить с ним следующие шесть месяцев, так что мне нужно собраться. Очень медленно я поднимаю голову и смотрю ему в глаза, не дрогнув ни единой ресницей. Но я, черт возьми, уверена, что мои дрожащие руки спрятаны за спиной.

— Интересно, чем тебя кормили в детстве, — говорю я и даже умудряюсь слегка ухмыльнуться.

Он смотрит на меня несколько секунд, а затем проводит большим пальцем по моей щеке.

— Ты выдающаяся актриса, malysh.

Он убирает руки от моей щеки, и медленно направляется в свою спальню. Интересно, что он имел в виду?

Глава 5"

"Я смотрю на Максима, который стоит перед моим столом со скрещенными на груди руками, удивляясь, откуда у него вдруг берутся его дурацкие идеи.

— Нет, — говорю я.

— Почему нет? Это прекрасная возможность. Она может сказать, что просто заблудилась или что исследует дом.

— Потому что, во-первых, она, вероятно, никогда в жизни не видела подслушивающих устройств и не знает, как и где их разместить. А во-вторых, никто не поверит, что она случайно забрела в комнату Леонида или в его кабинет. Мы не знаем, кто еще в этом замешан. Это может быть кто-то из персонала или один из охранников. предупредила Леонида или его напарника раньше времени.

— Ты уверен, что это был Леонид?

— Достаточно.

— Тогда давай сразу же уберем его в мешок. Пусть Михаил над ним поработает. К утру он запоет как птичка.

— А если это был не он? — спрашиваю я. — Ты хоть представляешь, как это повлияет на доверие моих людей, если я буду пытать одного из своих без доказательств, а он окажется невиновным?

— Ну, Роман, тогда мы зашли в тупик. — Он снимает очки и вздыхает: — Я прослушивал записи несколько месяцев и не нашел ничего, кроме стандартных сплетен. Ты знаешь, что Костя спит и с Валентиной, и с Ольгой?

— Да мне плевать, кто с кем спит. Какие комнаты ты еще прослушивал?

— Библиотеку, гостиную, столовую, оба туалета внизу, подвал, оружейную. Варя подслушивала для меня кухню и кладовку. Вот и все.

— Машины?

— Все, кроме машин Леонида, Михаила и Сергея.

— Машину Сергея можно не прослушивать. Если бы он был тем, кто установил бомбу, я был бы мертв.