Наперекор всему (СИ)

- Глебушка, ну что ты творишь? — мягко спросил он, скармливая любимому таблетки без малейшего сопротивления с его стороны. — Я понимаю, что тебе страшно, но что о тебе люди подумают? Они же тебя знают. Неужели таблетки — это больно или неприятно? Они даже без вкуса!

- Я и так стараюсь сдерживаться, но она меня достала. Посмотри, какой синяк на руке — это она какой-то венозный катетер ставила, минут пятнадцать меня мучила. А говорили, здесь одни профессионалы работают.

- Катетер поставить не так просто, особенно если вены глубоко расположены. Зато теперь тебя больше никто колоть не будет, все лекарства пойдут через катетер.

- Я только отвлекся, телевизор включил, она опять является с таблетками. И еще присюсюкивает, как будто мне пять лет. Бесит!

- Тебя сейчас все бесит, я знаю. Ну немножко осталось потерпеть. Хочешь, давай вместе телевизор посмотрим?

- Хочу, только я не понимаю ни черта.

- А русский канал ты включить не пробовал?

- Футбол на этом канале, на русском фильм какой-то.

- Ты футбол хочешь? Ну давай я тебе переводить буду.

- Ты так хорошо знаешь иврит?

- Счастье ты мое, полиглот. Ты Евроспорт включил, по-английски говорят.

Им даже удалось посмотреть матч, Глеб отвлекся, да и лекарства подействовали. Ник переводил ему реплики комментатора, устроившись на краешке кровати. В начале пятого пришла сестра и анастезиолог — забирать на операцию.

Добрые пожелания сыпались со всех сторон и на всех языках. Каждый, кого они встретили в коридоре по дороге в операционную, будь то врач, сестра или пациент, при виде каталки начинали улыбаться, махать руками и желать удачи. Глеб нервно оглядывался, стараясь и кивать людям, и не потерять из вида Ника, который шел рядом.

- Они меня что, узнают? Господи, в таком виде!

- Да нет, у нас так принято, — пояснил санитар, помогавший с транспортировкой. — Традиция! Они же видят, что мы в операционную. Так всех провожают.

У дверей в оперблок санитар остановился.

- Ну все, посторонним дальше нельзя.

- Нет, — дернулся Глеб, цепляясь за руку Ника. — Он со мной!

- Глебушка, не сходи с ума, — Ник попытался осторожно высвободить руку. — Туда мне точно нельзя. Не делай такие глаза. Тебя сейчас переложат на стол, сделают укольчик, и ты заснешь. Когда проснешься, я уже буду рядом. Ну все, давай, ты же мужчина!

«Лучше бы ты был женщиной», — подумал про себя Ник, почему-то вспомнив Ингу. Сколько раз она получала спортивные травмы: то плечо по частям собирали, то на голову швы накладывали, и никогда никаких страхов и жалоб, только досада, что приходится делать паузу в тренировках. Да что говорить, женщины куда спокойнее и выносливее, когда дело касается здоровья.

Глеб сжимал его руку и отпускать не собирался. Санитар ждал, не выказывая ни малейших эмоций. В коридоре у оперблока больше никого не было.