Наперекор всему (СИ)

Показали тебя умудренным жизнью…

- Старым пнем! – продолжил за него Глеб. – С сальными волосами.

- Ты хотел, чтобы показали секс-символ? Ну так в следующий раз и формулируй задание журналистам. А голову и правда надо было помыть.

- Это гель! – рявкнул Глеб громче, чем требовалось.

Мальчишка примолк. Ну и нечего! Умничают тут всякие.

В этот момент вошла Марина с новой пачкой бумаг.

Марина покачала головой.

- Ну тогда тащи эту макулатуру обратно! И вообще нечего бумагу переводить, все эти розовые слюни распечатывать. Все, я поехал в «Крокус».

Никита едва поспевал за ним. Возил их сегодня Игорь, так что на заднем сидении устроились рядом. Глеб опустил подлокотник и пристроил на него руку. Ник накрыл его ладонь своей:

- Успокойся, пожалуйста, у тебя же праздник!

Глеб отдернул кисть, сверкнув глазами. Может уже проще Игорю официально об и отношениях объявить? А вслух прошипел:

- Это у нормальных людей День рождения – праздник. А у артиста – каторга. Все будут развлекаться, а я пахать.

- Чьего письма ты так ждешь?

На самом деле важно, еще как. От этого письма зависит, удастся вообще юбилей или это все так, никому не нужно, выброшенные деньги.

В «Крокусе» Глеб с ходу устроил разнос всем, кого встретил: осветителям за слишком яркие прожекторы, звукорежиссеру за валяющиеся на сцене шнуры, о которые он споткнулся, Дэну за отсутствие горячего чая в гримерке.

- Чайник стоит, — возмутился не привыкший к такому обращению антрепренер. – Кнопку нажми!

- Мне еще этим заниматься? – взвился Глеб.

- Нет, Глеб Васильевич, ну давай я буду тебе чай готовить, а ты сам и музыкантов по гримеркам разводите, и гостей встречай, и телевизионщиков строй.

Пришлось сбавить обороты, тем более, что чаем уже занялся Никита.

- Не кричи, ты посадишь голос, — посоветовал парень, передавая ему чашку.

И то правда. Пил Глеб уже в зале, бродя между рядов и тестируя звук. Потом сообщили, что приехал гример, пришлось идти наводить красоту.

- Что ж его так рано принесло-то? – полчаса спустя ворчал загримированный Немов, влезая в брюки стоя, дабы не помять. – Пока концерт начнется, вся штукатурка осыплется.

- С запасом, чтобы не торопиться, наверное, — Ник крепко держал его под локоть, не давая свалиться. – Повернись, я бабочку застегну.

Поганец фыркнул, но вовремя спохватился:

- Замечательно! Молодой и красивый!

- Глеб, не задавай таких вопросов, чтобы потом не обижаться. Ну не люблю я, когда тебя разрисовывают как куклу. Я понимаю там глаза подвести чуток, тон выровнять. Но когда вот так все черты сначала замазывают, а потом сверху рисуют – извини!

- Это с близи так смотрится. А для камер и зрителей будет то, что надо. Ай, задушишь!

Никита ослабил бабочку и подал туфли.

- Нет, колодки надену за пять минут до выхода, иначе не выживу, — покачал головой Глеб.